Становление регрессора рабом

Самое ужасное

— это то, что в моих мыслях снова и снова всплывали образы Авы.

Я видел её страдания, слышал её крики. Эти видения преследовали меня, не давая даже на мгновение забыть, что я был причиной её мучений. Я начинал ненавидеть себя, пытаясь выцарапать эти образы из своего сознания. Я рвал собственные руки, пробивая кожу ногтями до крови, но ничего не помогало. Они снова и снова возвращались ко мне, превращая каждую секунду в ад.

На третий день пыток я уже не был человеком. Моё тело превратилось в кровавую массу, каждый нерв был на грани разрыва.

Я уже не мог кричать, мой голос иссяк, а сознание было полностью подавлено.

Но Аврора не собиралась давать мне покой. Она хотела, чтобы я страдал до конца.

— Ты думал, что можешь меня остановить? —

Все вы — лишь игрушки в моих руках. Ава была такой же, как и ты. Жалкой, но полезной.

Её слова больше не причиняли мне боли. Я был уже на грани безумия.

И когда, наконец, я почувствовал холодный металл, пронзающий моё сердце, я ощутил лишь облегчение.

Я молился о том, чтобы всё это закончилось, чтобы тьма поглотила меня и избавила от всех страданий.

Мрак окутал меня, и я почувствовал, как боль уходит, как мои чувства растворяются. Но даже в этот момент я знал, что никуда не уйду.

Моё сознание будет навсегда заперто в этих ужасах, в этих криках и образах

Глава 12 - третий круг

Я очнулся с ощущением удушающей боли, словно каждое нервное окончание в моём теле горело в огне. Я не мог понять, где нахожусь. В темноте не было ни звука, ни света, ничего, кроме удушающего ощущения, которое окружало меня.

Тяжесть на запястьях напоминала о металлических цепях, которые глубоко впивались в мою кожу. Я попытался вспомнить, что произошло, но воспоминания о пытках были слишком свежи — острые, изматывающие, настолько реальны, что я задохнулся, словно снова переживаю все эти муки.

Моё тело дрожало от страха и неведения. Ощущение было не только физическим, но и психологическим. Я осознал, что на мне мешок, который полностью закрывал пространство вокруг, создавая полную изоляцию от внешнего мира.

Это чувство заточения было ужасным. Но кроме этого было что-то ещё. Повозка... Я слышал деревянные доски под собой, чувствовал лязг цепей, запах плесени и грязи. Эти ощущения были мне знакомы. И тогда внезапно осознание накрыло меня: всё повторяется.

Моя грудь сжималась от ужаса, как от когтей невидимого чудовища. «Я вернулся назад... назад в повозку,» — мысли стучали в голове, как молот.