Становление регрессора рабом

На её теле уже не было живого места, и каждый новый удар шипов был словно последний гвоздь в её агонию.

Ее глаза медленно закрывались, как будто она уже не могла вынести больше.

И когда казалось, что хуже быть не может, Аврора подошла ближе, её лицо светилось радостью. Она медленно протянула руку к груди

Авы и, без малейшего сострадания, вонзила пальцы в её грудную клетку. С трудом, но с дьявольским наслаждением, она раздвинула рёбра и вырвала сердце. Это было зрелище, которое я не смогу забыть никогда.

— Ах, какая мощная энергия, — прошептала Аврора, глядя на сердце, как на драгоценный камень. -

Знаешь ли ты, мальчишка, почему я это делаю?

Её глаза метнулись ко мне. Я был настолько измождён от шока и боли, что едва мог говорить. Но она не ждала ответа, она хотела рассказать сама.

- Сердце девственниц, пропитанное особой энергией и заключённое в магическое заклинание, способно продлевать жизнь.

Каждое сердце даёт мне ещё пару лет жизни и совсем немного омолаживает.

Разве это не прекрасно?

Ее слова пронзали меня, словно нож.

Я не мог поверить в то, что слышал.

Она пожирала жизни других, чтобы продлить свою собственную, и делала это с удовольствием, наслаждаясь

Чужими страданиями. Аврора поднесла сердце к губам и откусила кусок, словно это было деликатесом.

Она сделала это нарочно, глядя мне прямо в глаза, как будто показывая, что ей нет ничего дороже этой силы, и что я ничего не смогу изменить.

Моё сознание погружалось в мрак, я чувствовал себя полностью опустошённым. Но пытки на этом не закончились. Теперь пришла моя очередь. Меня вытащили из клетки и приковали к той же крестовине, где мучили Аву. Все, что последовало дальше, было сплошным кошмаром, наполненным болью и криками.

Они начали с простого - ножи, раскалённые железные прутья, шипы.

Но, как оказалось, это была лишь прелюдия к самому страшному.

Пытки продолжались в течение нескольких дней. Меня держали на грани смерти, оживляя магией, чтобы я продолжал испытывать муки.

Моя кожа была изрезана, словно тонкая ткань, кровь стекала по телу бесконечным потоком. Я не мог ни думать, ни чувствовать ничего, кроме боли. Аврора с удовольствием наблюдала за каждым моим криком, её смех раздавался в голове, словно эхо.

Но самой страшной пыткой были не физические раны.