Когда наступит прошлый год

В конце концов Моль задумчиво пукнул.

– Расскажите Эрику про свои боли в желудке, – посоветовал ему Вирджил.

– Про мои боли, – повторил Моль и поморщился.

– Нас всех собрали для того, чтобы… – начал Эккерман.

– Да, – отрывисто рявкнул Моль, кивая огромной головой. – Знаю. И вы все тоже знаете. Именно для этого.

– Точно так же, как в налогах и профсоюзах, я уверен в том, что доктор Свитсент вам поможет, – сказал Вирджил. – Мы перейдем в квартиру по другую сторону коридора, чтобы вы могли поговорить наедине.

Он тактично удалился. За ним следом двинулись члены клана Эккерманов и чиновники фирмы, оставив Эрика Свитсента наедине с Джино Молинари.

– Ладно, – помолчав, сказал Эрик. – Опишите мне свои желудочные боли, господин секретарь.

Как ни в чем не бывало – в любом случае пациент есть пациент – доктор Свитсент уселся в мягкое кресло напротив Генерального секретаря ООН, принял профессиональную позу и стал ждать ответа.

Глава 4

Когда вечером Брюс Химмель карабкался по шаткой деревянной лестнице, поднимаясь в квартиру Криса Плаута в мрачной мексиканской части Тихуаны, в темноте за его спиной раздался женский голос:

– Привет, Брюси.

Похоже, у нас сегодня вечеринка сотрудников корпорации. Саймон Илд тоже здесь.

Женщина догнала его у дверей. Это оказалась весьма сексуальная и острая на язык Кэти Свитсент. Он уже несколько раз встречал ее у Плаута, так что не слишком удивился. Не поразило его и то, что миссис Свитсент была одета несколько иначе, чем на работе.

На сегодняшнее таинственное мероприятие Кэти явилась голая до пояса, естественно, за исключением сосков, не столько позолоченных в точном смысле этого слова, сколько покрытых некой пленкой из живой материи – какой-то марсианской формой жизни. В итоге оба они обладали собственным сознанием и живо реагировали на происходящее.

На Химмеля ее вид произвел ошеломляющее впечатление.

Следом за Кэти Свитсент поднимался Саймон Илд. В полутьме казалось, будто его глуповатое прыщавое лицо ничего не выражает.

Только этого придурка Химмелю и не хватало. Больше всего, увы, тот напоминал его самого, что для него было просто невыносимо.

Четвертого человека, который ждал в неотапливаемой комнате с низким потолком в захламленной и провонявшей зачерствевшей едой квартире Криса Плаута, Химмель узнал сразу же и не мог оторвать от него взгляда. Этот мужчина был знаком ему по фотографиям на задних обложках книг.