Слёзы солнца (*10 иллюстраций)

– отдышавшись, протараторила Лера. Тут же отдала аптечный набор, забрала Живчика и, не слушая возражений, повела к лифту.

Старичок-лифт со скрипом домчал до десятого этажа. Створки нехотя открылись. Лерка в нетерпении вытолкала вон. На автопилоте поплёлся за шустрой девчонкой в район мусоропровода, задаваясь вопросом, что там делать. Над последним этажом металлическая лестница вывела на крышу.

Тяжёлая решётка, прикрывающая выход, была просторно распахнута. Вероятно, на случай пожара, меж тем позволяя любому желающему лишить дом света, перерезать коммуникационные провода, взломать и застопорить сам лифт.

Но кому это надо? Разве что Моне. Но он вряд ли вскоре появиться в их дворе.

Выбравшись из шахты лифта, миновав приваренную лестницу, двое очутились на крыше. Скорпион медленно и осторожно приблизился к краю парапета, даже присел, подстраховывая себя на большой высоте. С координацией дружил, с синдромом высокого этажа вроде тоже свыкся, но как-то непривычно на просторе.

На земле оно как-то роднее.

Но если не обращать внимания на высоту, взору открывалась шикарная картина. Дом стоял на возвышении, и все окрестности лежали как на ладони. Далеко внизу человеческий муравейник спешил по своим делам, решал извечные проблемы. Жизнь бурлила, никто не смотрел вверх, на небо. А тут до облаков рукой подать.

– Красиво? – отвлекла внимание Лера, смазывая бинт бесцветной мазью. – Ты же живёшь на последнем этаже. Крыша должна быть твоей второй обителью.

– Да я как-то не подумал. Будет. А ты здесь часто бываешь? – Скорпион вспомнил, как недавно боролся со страхом выйти на балкон, а теперь приучался сидеть на парапете. Высота манила в свои объятья, но с этим можно было бороться.

– Люблю иногда посидеть здесь одна. Тихо. Спокойно. Никто не мешает, – Лера занялась губой, изображая опытную медсестру. Мазь щипала, но с йодом или зелёнкой сравниться не могла. Неужели придумали новое обезображивающее средство?

Рана за мгновение была обработана, потёки крови аккуратно вытерты.

Лера тут же потребовала рубашку и занялась её восстановлением. Сменив амплуа, стала похожа на швею-портниху. Но здесь работа продвигалась не так быстро. Поочерёдно прокалывая палец за пальцем, злилась сама на себя. Дулась, но упорно продолжала свой нелёгкий и опасный труд. Пальцы то и дело исчезали о рту.

Скорпион, улыбаясь сквозь боль в губе, смотрел на это серьёзное сосредоточенное личико. На душе теплело.