Пропащая душа

Ворота приоткрылись, и рослый наёмник кивком головы пригласил внутрь. Кинув несколько золотых и поводья охраннику ворот, Эура проскользнула внутрь. Путь в славную часть города Скревена был всегда открыт для Эуристы Мантикоры, начальника охраны доброй госпожи Беатриче. 

        В отличие от опустевших с наступлением ночи переулков верхнего города, жизнь в переулках нижнего города только начиналась. Зажигались алые фонари в домах, распахивались двери таверн, кабаков и лавок. В этой части города можно было найти все, и даже больше, что могла потребовать душа, и за что мог заплатить кошелёк.

 

- Чей-то ты припозднилась… - Ворчал Миран, обнимая Эуру. От старика пахло табаком и травами. Видимо ожидая Эуру, он опять смолил свою трубку, пока острый глаз жены не видел сего безобразия. Благочестивая Снежанка, как могла, старалась наставить мужа на истинный путь. Каждый раз, возвращаясь в Скревен, Миран мылся, менял одёжку война на костюм горожанина, начинал ходить в храм, стричь бороду и ногти.

Вот только, таясь от жены, продолжал курить трубку.

- Дела, дела… - Протянула Эура, неодобрительно косясь на махорку, застрявшую в бороде Мирана. 

       Летней ночью жизнь в нижних кварталах била ключом… ножом… кастетом…. звонкой пощёчиной... пивной кружкой… и хмелем в голову... Гремела музыка, из распахнутых окон высовывались полуодетые женщины. Они приветливо махали ручками, периодически оголяя прелести и обещая все возможные земные наслаждения которые только доступные смертным за деньги.

- Слышал, ты сегодня скатов пугала?

- Дисемир уже разболтал? – Улыбнулась Эура, едва поспевая за Мираном по узким улицам. 

- Ещё бы…. Так горевал! Лучшую адамантовую кольчугу, мол, раскроила. Этих монстров господин Маркус с побережья привёз. Они одним ударом днище судна пробивают, а ты в одной кольчужке не магической полезла… Пороть тебя мало!

- Не нашлась ещё плеть на мою спину. Как Славко?

- Усе над книжками кропит, бес учёный. Хоть бы девушку себе завёл что ли… 

       Лорд Бреннан точный, как хронометр в алхимической лаборатории, появился в резиденции лорда Маркуса за двадцать минут до полуночи.

Гости уже разошлись, и слуги возились с шатром и заносили в дом мебель и посуду. Место под платаном пустовало. Дремавший облокотившись на мраморного сокола, охранник на расспросы об Эуре промычал что-то невнятное. Усталые слуги пожимали плечами, а стражники вовсе отказывались говорить.