Костяной Скульптор. Том 2

— Меня достали герои, мнящие себя великими воинами и ради самоутверждения желающие померяться силами. Я говорю так, чтобы ВСЕ поняли. Следующего умника я УБЬЮ! Расплющу булавой черепушку так смачно, что звук треснувшего арбуза будет в сторонке нервно посасывать снюс! Вы достали меня со своими вызовами! Думаете, мне доставляет удовольствие избивать идиота за идиотом!? НЕТ! Только попробуйте сунуться ещё хоть один раз — я вас предупредил!

Повисшая в воздухе тишина звучала в моих ушах словно музыка.

Не говоря больше ни слова, я развернулся и зашагал в сторону нашей палатки, накопившуюся внутри ярость словно рукой сняло. Всё-таки иногда нужно вымещать свой гнев. Пусть и вот так.

***

Когда ты живёшь в, по сути, палаточном лагере, где единственные деревянные сооружения — бар, душ и несколько складов, так получается, что все со всеми очень быстро знакомятся.

Уж не знаю, как это работает в больших городах, где между тобой и другим человеком не тонкая ткань, а толстые деревянные, а то и каменные стены.

Но здесь я, с учётом своей неплохой памяти, уже знал поимённо очень многих в лагере, хотя и не слишком к этому стремился.

Две сотни человек, подумать только. А ведь раньше мне казалось, что десять — это уже очень много. А сейчас нормально, привык, даже не кажется чем-то необычным. Однако есть одна фишка, о которой я узнал только познакомившись с достаточно большим количеством людей.

Ты не можешь ограничиться внешностью и именем, к этому всегда цепляется, словно репей к собачьему хвосту, ещё куча всего.

Твоё первое впечатление от человека, какие-то его характерные черты, которые ты невольно подметил, вроде манеры речи или специфического жеста, его характер.

Даже если вы просто пожали друг другу руки, кое-что уже понятно, и неважно, что ты можешь быть неправ. Другие люди для нас — куча мелких деталей, налепленных на созданный сознанием образ.

А этот образ, в свою очередь, очень сильно влияет на то, как мы воспринимаем поступки этого человека.

Потому что, как бы нам ни хотелось это признать, одно и то же действие, выполненное разными людьми, проходя сквозь призму их образов, может трактоваться совсем по-разному.

Большую роль в определении образа играет внешность и тем более пол человека. От женщин мы обычно не ожидаем того, что, на наш взгляд, вполне адекватно для мужчины, и наоборот.