Костяной Скульптор. Том 2

Из пяти человек трое держались за головы, похоже, полностью потеряв ориентацию, а двое оставшихся и вовсе медленно заваливались навзничь с закатившимися под брови глазами.

К счастью, умертвие тоже проняло. Тварь, пусть и не упала в обморок, но явно была дезориентирована, чем я и воспользовался. Удар, выполненный кем-то с силой Бойца, да к тому же нанесённый двадцатикилограммовой булавой прямо по макушке, не выдержит ни одна нежить. По крайней мере, не на этом этаже.

Разбираться с пострадавшими было некогда, да и не интересно, а вот узнать, что происходит — другое дело.

Лавируя между палатками по уже затвержённому в подсознании маршруту, я невольно подмечал, как вокруг меня мелкие птичьи скелетики уже вовсю пируют на трупах тех, кому не хватило силы выдержать этот энергетический удар.

На них самих при этом он почему-то не подействовал. Количество защитников спирали резко сократилось минимум человек на сорок, а то и больше, и это был не предел. С такими потерями нагрузка на остальных мгновенно вырастет в разы, что повлечёт за собой ещё не одну смерть.

Плохо. Львиная Пасть после такого будет оправляться не один месяц, а то и не один год.

Походя подчинил несколько десятков мелочи и отправил разбираться с бывшими соратниками, хоть чем-то помогу. А вот и наша палатка. Веска и кареглазой тут, конечно, не было, охотник должен был сражаться со своим умертвием, а девчонка по идее сейчас с главой спирали.

Даже если потеряла сознание, с ней должно быть всё хорошо.

Так что волноваться у меня не было резона, и пришёл сюда я не за ними. Вбежать внутрь, подхватить запасной рюкзак, всегда собранный и готовый, на тот случай, если придётся срочно покидать спираль.

Когда Веск его упаковывал, я был настроен скептично, но, как оказалось, охотник и тут оказался прав. Остальные наши вещи собирать не было времени, впрочем не было тут и ничего такого, ради чего стоило задерживаться.

И похоже, не только мне пришло в голову, что дело пахнет плохо.

Потому что, выпрыгивая из палатки, я нос к носу столкнулся с Веском. Ну, наконец-то, теперь-то мне объяснят, что происходит. Однако, увидев на лице обычно флегматичного борца с нежитью ТАКОЕ выражение, я понял, что просто плохим запахом не ограничится. Скорее уж вонью десятка навозных ям.

— Ганлин! Живо за мной! — охотник был одновременно очень зол и очень напуган, редкое сочетание даже для обычного человека, что говорить о ком-то вроде Веска.