Левиафан. Темный восход

А охотник все думал, глядя на острия звезд, вспыхивающих на черном небосводе среди ветвей пихт и тсуг, кого из богов он вправе молить о помощи? Чьих сил достаточно, чтобы изменить законы предков, небесные законы, некогда переданные Пяти племенам лучезарной Ата-ан-сик, которая получила их от изначального отца Ха-вень-ни-ю, владетеля Великого острова, что от истока времен плывет над облаками?

Нет, никто не в силах помочь ему, даже боги, ибо законы нерушимы, и ни один бог или дух не даст свое покровительство человеку, замыслившему преступить их.

Никто, кроме… Запретная мысль обожгла сознание Кизекочука, хлестнув воспаленный разум огненным бичом. Он сразу же отринул ее, испугавшись, что она застрянет в нем, пустит корни, разрастется. А на следующую ночь, сам того не заметив, он вернулся к той же мысли и отогнал ее уже не так рьяно. В итоге, к закату месяца Южного Ветра Кизекочук принял решение. Решение, которое изменило все.

А когда наступил второй день месяца Гроз в их уоки прибыли люди племени онундагэга.

Дюжина сильных крепких воинов сопровождала Меджедэджика, сына грозного сахема Кватоко. С ним пришли несколько женщин, а среди них была юная сестра Меджедэджика по имени Адсила. Говорили, что красота этой девушки сравнима лишь с ее шаманским искусством, и ей уже минула двадцать первая зима, но она все еще была свободной.

К ним вышел Гэхедж, его жена Тэйпа, старый воин Окэмэн и племенной шаман Макхэква. Кизекочук встал по правую руку от своего отца, Демонтин занял место по его левую руку.

– Я Гехэдж, законный сахем племени ганьенгэха, со мной мои родичи и мои воины. Мы приветствуем тебя, прославленный Меджедэджик из племени онундагэга, – провозгласил Гехэдж глубоким раскатистым голосом. Они встретили гостей на дороге за частоколом, не дойдя одного шага до порубежных камней уоки. Люди племени онундагэга почтительно застыли в шаге от тех же камней, но по другую сторону охранительной полосы. – Пусть дни твои будут долгими, а ночи – приятными! Ха-вень-ни-ю хранит наш народ!

– Ха-вень-ни-ю хранит наш народ! – хором сказали присутствующие ганьенгэха.

– Я, Меджедэджик, законный сын сахема племени онундагэга, со мной мои родичи и мои воины. Мы приветствуем тебя, почтенный Гехэдж, сахем племени ганьенгэха, – пророкотал Меджедэджик. Этот высокий красивый воин с глубокими темно-синими глазами обладал поистине громовым голосом, достойным самого духа грозы Хе-но.