Левиафан. Темный восход

В эту ночь они подарили себя друг другу, и для обоих это было время открытий. Они свершили древнейший ритуал и до рассвета их маниту слились воедино. Поэтому, убив Меджедэджика, Ро-ке-рон-тис убил и Витэшну. Но, прибывая в облике Витэшны во сне молодого воина, он чуть не попал в ловушку, потому что став ею в сновидческом мире, он стал ею в мире реальном, ибо облик плоти и маниту – два отражения одного вздоха предвечного Ха-вень-ни-ю. Поглощая объединенную маниту, он тем самым чуть не убил себя.

Жестокая догадка обожгла мысли и где-то на задворках реальности он услышал тихий смех.

– Дитя мрака, – процедил Ро-ке-рон-тис. – Подгорный тлен, зло из бездны! В этом заключался твой план! Ты не собирался оставлять мне дарованную силу, не собирался делать меня богом. Ты хотел, чтобы я свершил свою месть и убил себя сам!

– А разве это не справедливо? – парировал шепот, доносившийся из каждой полутени в овачире. – Адсилу ты убил по праву, ибо она преступила закон предков. Но эти двое… Ты убил их из личной мести.

– Но ты сказал, что я могу свершить задуманное, не нарушая закона! – возопил Ро-ке-рон-тис, пытаясь определить истинное местонахождение Ха-кве-дет-гана. С его новыми силами это казалось возможным, но темный сын Ата-ан-сик хорошо прятался. – Ты солгал мне!

– О, нет, мой друг, – покачала головой тень в одном из углов овачиры, растворившись в тот же миг, как только взгляд Ро-ке-рон-тиса остановился на ней. – Ты не попрал людского закона, ибо теперь ты выше него.

И он захохотал, его раскатистый рваный смех заполнил все пространство в мире. А Ро-ке-рон-тис упал на колени перед двумя мертвецами, которых он забрал не по праву. Частица Кизекочука размером с тлеющий уголек все еще жила в нем, и она кричала в безумном ужасе от содеянного. Эта частица останется с ним навсегда, обратившись чувством вины, которую нельзя искупить.

Утром племя онундагэга не нашло среди живых Адсилы и Меджедэджика с его юной женой. В своих постелях умерли племенной шаман Апониви, который много лет назад обманом отобрал кукурузное поле у родного брата, юная охотница Аламеда, которая в прошлом году совсем не случайно столкнула с утеса Кэю, с которой они соперничали из-за мужчины, племянник сахэма Истэка, который, напившись ритуального вина, несколько раз избивал свою жену Кэтери.