Левиафан. Темный восход

По периметру зала располагались массивные деревянные двери, окованные железом, по две с каждой стороны. Такие же двери Карн увидел вдоль внешней стены галереи, и такая же дверь только что захлопнулась за его спиной с глухим протяжным стоном.

Он подошел к краю галереи, и только теперь увидел, что стены зала под ним украшены изумительной красоты барельефами. Было видно, что барельефы очень старые, но их величие и красоту не смогло побороть даже время. Карн пробежал по ним взглядом – картины битв перемежались довольно странными сюжетами, в которых он не смог разобраться.

Барельефы были инкрустированы зеленым камнем, таким же, из которого неведомый архитектор сотворил фонтан в центре зала. Кажется, это был оникс. Карн сумел различить вкрапления коричневого алебастра и голубоватого адуляра. Он не был знатоком геологии, но столь колоритные породы нетрудно было узнать.

– Впечатляет, правда? – хмыкнул Рокеронтис, материализовавшись рядом. – Это еще маленький митреум, есть больше, гораздо больше. Когда-то все они были набиты до отказа, а сегодня их осталось едва ли с десяток по всему свету.

Этот теперь главный, но даже в нем почти все жилые помещения пустуют.

– А когда он был построен? – Карн все еще не мог придти в себя, в груди бушевал фейерверк эмоций. Все здесь буквально дышало непостижимой мощью и седой древностью.

– В 472 году, – констатировал Эрра.

– То есть, когда города еще не было? – Карн удивленно вскинул бровь. – Взяли и посреди лесистых оврагов построили митреум? Как партизаны?

– Во-первых, этот край всегда изобиловал местами силы, – Карн обернулся на голос.

Со стороны лестницы, соединявшей галерею и нижний этаж митреума, к ним неспешно приближался высокий худощавый мужчина лет шестидесяти. Его пронзительные серые глаза отливали серебристым металлом. – Так что построить здесь митреум было логичным шагом.

– Во-вторых, мой юный друг, – продолжил мужчина, остановившись прямо перед Карном, – город к тому времени здесь уже был. А меня зовут Тот. Рад видеть тебя, Адхва-Га.

– И я рад, – Карн не знал, что и сказать.

Неужели перед ним действительно древнеегипетский бог мудрости? – Прошу прошения, но вы…

– Да, Карн, я Тот-Джихути, также известный как Гермес или Гермес Трисмегист, – Тот слегка наклонил голову. Карн подумал, что если от Эрры исходили волны горячей агрессивной мощи, а от Рокеронтиса – тягучей и пластичной энергии, Тот в свою очередь излучал спокойствие и умиротворение. Как скала. Или, может, спящий до поры до времени вулкан?..