Беседы палача и сильги

– Щека? – она коснулась щеки и замерла.

Мне на плащ упало несколько тяжелых темных капель.

– Он ударил сверху, – пояснил я. – Ударил быстро. Очень быстро.

– Это когда ты…

– Когда я рванул тебя на себя. Но даже это не уберегло тебя… Проклятье! Что там такое?! Я ведь видел!

– Кхтун… старый матерый кхтун… и он ранил меня… нам надо быстрее к лошадям.

– Он погонится за нами?

– Нет… возможно… сразу ему не уйти – надо стянуть свои плетения, вобрать в себя. Они часть его. Но где-то в этой больной чаще найдутся его темные дымные тропинки…

Когда надо, я умел быстро принимать решения.

Вскочив, подхватил сильгу, поставил на ноги и, с трудом разжав намертво стиснутый кулак с тем позабытым и едва тлеющим факелом, перехватил его поудобней и что есть сил начал раздувать едва заметные огоньки, в то время как мы шагали по тропе, спотыкаясь о змеящиеся корни.

– Мой нож?

– Я не потерял. Что это такое?

– Дымный хрусталь. Очень редко встречается в гнездах обычного горного хрусталя, – шагающая передо мной сильга пошатывалась, все время прижимая ладонь к щеке.

– Я пока оставлю у себя?

– Пригляди за ним. И за моим мечом… Какой же он сильный… какой злой…

– Погоди… а ты… – шагнув вперед, я успел подхватить упавшую сильгу, чуть не проткнув ей бок ее же ножом.

– Проклятье! – рявкнул я, вскидывая обмякшую девушку на руки и устремляясь вперед по поднимающейся тропе…

– К лошадям…

Ее голос показался мне не слабым, а скорее… пьяным… да и бессильно мотающаяся голова, глухое утробное икание… мне на миг почудилось, что нам все это пригрезилось и на самом-то деле мы только недавно покинули деревенский трактир, где вусмерть упились дешевым молодым вином.

Отогнав от себя безумную мысль, я необдуманно ускорил шаг и… опять упал, тяжело придавив собой девушку. Локти я подставить успел, но удар это смягчило мало. Встав – даже не чувствуя веса ноши – я продолжил идти, стараясь поднимать ноги выше.

Но где-то в этой больной чаще найдутся его темные дымные тропинки… Так ведь она сказала?

Оглядевшись, я не увидел ровным счетом ничего кроме замерших в темноте кривых и мокрых деревьев с отслаивающейся корой.

Где могут висеть эти страшные дымные веревки, что быстро превращаются в когтистые лапы?

Погоди, Рург… а где бы проложил свои тропы ты, будь ты кхтуном, обитающим в сыром пещерном могильнике посреди умирающего леса?

Светлая Лосса… да мне-то откуда знать? Я ведь не по чащам темным брожу.