Сборник рассказов по миру А. Свадковского "Игра Хаоса"

 

Лицо Мариссы стало серьёзным, а Лик подумал, что не так уж просто далась ей эта встреча, как она хотела показать. Хаоситы, учитывая их странный культ убийств, были отнюдь не редкими объектами заказов от желающих отомстить и далеко не лёгкими жертвами. Восемнадцатый уровень — это почти вожак, или, как они там себя называют — полководец. Достойный противник, повезло жрице, что её не сразу узнали. Помогает все-таки облик. Ящеры не считают самок людей за соперников, тем более детенышей. От дальнейших размышлений волколака отвлёк голос охотницы: 

— Ладно, не будем тратить время.

Сейчас угощу ящерицу «Радостью послушания» и она будет выкладывать всё, чем владеет, называя цену в дайнах, а желающие — предлагать свою в универсумах. Напомню, курс один к шестидесяти… Если что непонятно, переспрашивайте. 

Лик слушал описания вполуха… Он стал лучшим потому, что никогда не забывал о главной работе. Пока остальные зрители обсуждали возможности неплохих зелий и артефактов из сумки хаосита, лучший из охотников искал на них отголоски аур для возможных заказов.

В храме они ощущались особенно остро. Здесь служитель старшего посвящения мог видеть даже ауры тех, кто хоть раз касался предмета, не говоря уж об его изготовителях. 

Внезапно, даже сам не успев полностью понять, что делает, оборотень прервал торги: 

— 100 тысяч. За всё. Включая зверька.

— Универсумов? — Изумлённо выдохнула в тишину Марисса.

— Да, — девушка нравилась охотнику, пару раз они даже были близки, но Лик не колебался.

 

— Книгу я уже продала, — все же решила уточнить охотница, — а хаосит уже шестнадцать часов вне своего мира. Осталось недолго.

— Да, — охотник уже подходил к стойке, сквозь почтительно расступающихся собратьев. Он даже не сразу сообразил, что жрица имеет в виду. — Это неважно. Успею. Сделка? — Лик протянул левой рукой символическую монету универсума, перебросив на неё требуемую сумму. 

— Сделка, — эхом отозвалась охотница, неуловимым движением толкнув ящера сквозь разделившую их незримую преграду какой-то редкой защиты, подействовавшей даже в храме.

 

Действительно хороша, — отстранёно подумал Лик. Что-то заподозрила. Интересно, успел бы в такой ситуации что-то сообразить и сделать он сам? Ведь всех учили, что ни один служитель не может нанести вред другому в храме. 

Волколак ударил иссиня-черным клинком в глаз ящеру. На пленника защита храма не распространялась.