Страсти драконьи

— Да откуда я знаю как? — застонал я. — Оглянуться не успел, как она закипела.

— Подожди! Ты же сказал, что сидел в бочке?

— Ну да.

— А почему тогда только одна рука ошпарена?

— А сначала ничего не было ошпарено! — терпеливо попытался разъяснить я. — Это уже потом, когда я из бочки выбрался. Руку туда сунул. Вот ее-то и ошпарило.

— Ничего не понимаю! — в сердцах выдохнул Итэл.

— Я тоже! — обнадежил его я.

— Когда вода закипела, ты где был? — сделал еще одну попытку маг.

— В бочке.

— А почему тогда рука.

.. Ах да! Это я уже спрашивал. Почему тогда остальное тело не ошпарено?

— Ну, наверное, потому, что я сунул в бочку только руку, — с готовностью ответил я и, взяв лежащее на полу у двери полотенце, начал им вытираться.

— А зачем ты туда руку совал? — не мог успокоиться Итэл.

— Так странно же было, — отозвался я, высовывая голову из вороха материи. — Только что я там был полностью. Вода кипела, а мне хоть бы хны!

— А что ты чувствовал, когда вода закипела?

— Да в том-то и дело, что ничего не почувствовал! — заявил я, натягивая штаны.

— Вокруг все кипит, я во всем этом сижу и ничего не чувствую!

— Я не об этом! — нетерпеливо прервал меня Итэл. — Какие чувства у тебя были, эмоции?

— Расстроен я был, — сообщил я, подумав. — Даже не столько расстроен, как зол. Столько всего навалилось, а тут еще вода холодная...

— Угу! — кивнул Итэл. — Спонтанный выброс сырой стихии. Она же тебя и защитила.

— А потом почему не защитила? — нахмурился я. — Когда я руку сунул?

— А кто тебя просил ее в кипяток совать? — свирепо огрызнулся мастер.

— Выброс прошел. Ты вышел из состояния. Так тебе, оболтус ты этакий, и надо!

Итэл задумчиво пожевал губами.

— Выброс получился нехилый. Хорошо еще, что хоть такой! Все-таки ты маг, Левиус! А значит, должен держать свои эмоции под контролем. Жестким контролем!

Глава 7

— Запомни на всю жизнь, что дипломатия — это искусство! — нудно вещал господин Сорасас, расхаживая по комнате.

Я, стараясь, чтобы желание заснуть не очень было заметным, внимал ему.

Господин Сорасас, тощий, высокий тип, которого мастер Итэл привлек к моему обучению. Где он его раскопал, выяснять не берусь.

— Ты можешь сказать, молодой маг, что в наше время дипломатии делать нечего. Кто силен, тот и лучший дипломат. Так?

Сорасас остановился, требовательно глядя на мою пофигистическую физиономию. Пришлось реагировать.

— А что? Нет?

— Вот! Вот в этом и заключается главная ошибка! — торжественно провозгласил Сорасас.