Наездник

  - Странное дело, - Иван почесал подбородок, - Веру он тоже укусил всего раз, а меня - так и вовсе не пытался. Вроде бы это что-то значит, но она говорит так неразборчиво, что я до конца не понял.

  - Она, это - кто? - замки открылись, и Дина вырвалась на свободу, возбуждённо подвывая на ходу. -Та, кого вы прячете от меня? Кстати, может хоть сейчас объяснишь, в чём суть вашего заговора молчания?

  Иван задумчиво рассматривал собаку, порхающую по двору, а потом перевёл взгляд на меня.

Кажется, якут пребывал в некоем замешательстве.

  - Вера запретила, - сказал он в конце концов, - Я с ней не согласен, но спорить не стану. В конце концов, она - твоя сестра и лучше знает, что нужно её брату. Сказала: придёт время, и ты всё узнаешь.

  Дверь толкнули с такой силой, что пришлось вцепится в ручку, чтобы не плюхнуться на задницу. Наружу выбралась странная процессия: дракончик, успевший спрятать крылья, важно вышагивал, высоко подняв голову, а надувшийся спесью Степлер сидел на его широкой лохматой спине и презрительно рассматривал ничтожных людишек.

Примчалась Дина и принялась облаивать нас с Иваном. Псина терпеть не может спиртного, а запах перегара выводит её из себя.

  Как выяснилось¸ не её одну. Кусака вытянул шею и обнюхал меня. Потом - Ивана и оскалившись, зашипел. Степлер тут же покинул свой необычный насест и удрал в дом.

  - Пойду я, - Иван сплюнул, - От греха.

7.

  

  

   Дина выглядела озадаченной.

Мало того, если бы собачья морда могла выражать возмущение и озабоченность психическим состоянием хозяина, то я бы видел именно это. А так, псина ещё раз внимательно заглянула в мои глаза и с видом заправского психоаналитика завертела хвостом.

  - Палку, - сказал я, - Принеси палку.

  Степлер казался совершенно невозмутимым, но представляю, какие бездны неизведанного притаились за маленьким мохнатым лбом. Превалирующим должна была стать ироническая насмешка.

Ну и да, презрение к слабой человеческой натуре, подверженной разрушительному воздействию алкоголя.

  - Палку, - повторил я, с нажимом, - Давай сюда палку.

  Казалось, даже птицы, сидевшие на ветках ближайших деревьев, угомонились и понизили уровень своего пернатого гвалта. Ибо, зачем ещё они собрались вокруг, как не для того, чтобы понаблюдать за этой идиотской ситуацией. Всю степень нелепости, кстати, ощущал я и сам.