Наездник

Вы у меня попляшете, уроды!

  Из кухни дико завопил Кусака и несколько ослепительных вспышек погасили последний источник света. Мимо промчался Степлер с дымящейся спиной, а потом, с топотом и гулким дыханием, подошёл дракон.

  Очевидно я транслировал образы ярко, как никогда, потому что мой союзник тут же скрылся за стеной. В дверь влетел огненный колобок и взорвался, расползаясь ветвящимися разрядами. Что-то новое, но по-прежнему непонятное. Кто эти люди и что им нужно?

  У меня осталось всего два заряда в барабане и следовало увеличить огневую мощь.

Тем более, что ещё предстояло наведаться к сестре. Главное успеть, пока террористы не начали казнить заложников. От волнения мысли путались, и я начал путать времена.

  - Держи дверь, - приказал я и Кусака издал глухой рык, - Не выходи на открытое место.

  Теперь по дому лупили почти непрерывно, отчего казалось, будто я оказался в центре дискотеки. Сейчас диджей достанет мои любимые винилы, вот тогда и потанцуем. Когда я добрался до сейфа, на кухне начался пожар.

Чертыхаясь, я перезарядил револьвер, насыпал запасных патронов в карман и подхватил Бизон. Всё, идём развлекать гостей.

  Они, кстати, то ли подустали, то ли заряжали своё странное оружие. По крайней мере, огненные шары перестали летать. Взамен этого я слышал взволнованные выкрики на непонятном языке. Судя по всему, уродов - не меньше пяти. Попробуем исправить положение. Я прикинул, откуда доносились голоса и дал длинную очередь.

  Шлёпнулось чьё-то тело, и кто-то завопил дурным голосом.

В несчастной кухне полыхнуло и тотчас громыхнуло: видимо взорвался баллон с газом. Мать его! Однако вспышка выхватила из мрака ещё одного пришельца, притаившегося у самой ограды. Немедля ни секунды я уложил засранца, да так, что он и пикнуть не успел.

  Во мраке полыхнули языки пламени и вонзились в окно всё той же кухни. Очевидно нападавшие решили, что сполохи взрыва, как-то связаны с неслышимой смертью. Я тут же развеял заблуждения одного негодяя, но последнего пристрелить не успел.

Кусака, до этого терпеливо ожидавший за стеной, выскочил на улицу и молнией рванул в темноту.

  Его жертва кричала долго и пронзительно, но я не ощущал ни капли жалости. Не я пришёл к ним домой среди ночи, не я собирался убивать человека, непонятно за что. И не я, в конце концов, брал заложников, которых следовало освободить, как можно быстрее.

  Но первым делом следовало проверить, не уцелел ли кто из нападавших.