Драконоборец (оба тома вместе)

Когда все закончилось, против Тобиуса встал великан в черном хитоне и гиматии. Его могучее тело являло собой образец совершенства, а лицо казалось решительно прекрасным, по-настоящему правильным и безукоризненным. Веки были закрыты. Лишь темя портило завораживающий и благоговейный облик – его не было. Череп великана напоминал пустую яичную скорлупку, из которой выели содержимое, предварительно удалив верхушку. Из оплавленной, будто стеклянной, дыры в черепе рвалось ярко-синее пламя.

Волшебник и демон молча разглядывали друг друга, стоя в ночи посреди притихшего леса, хотя демон и не открывал глаз.

Его руки были убраны за спину, широкие плечи – опущены, и держался обитатель Пекла сутуло, нависая над человеком.

– Уходи прочь, пока жив, Тобиус Моль.

– Я знаю, кто ты, Виртуваэль, Глас, предавший Господа-Кузнеца и низвергнутый в Пекло за свое предательство… Что?

Демон выглядел так, будто пытался сдержать улыбку.

– Спасибо. Я так давно не слышал этого имени, я так скучаю по нему, но не могу произнести, ибо для меня оно запретно.

Да и Гласом я тоже давно не являюсь. Хотя кое-что осталось, конечно, – я могу говорить со смертными, и их кровь не вскипает, а сердца не взрываются. Это бывает полезно.

Что-то сразу пошло не так, как того можно было ожидать.

– Я опаленный амлотианин, – сказал волшебник зачем-то.

– Это прекрасно. Значит, когда я тебя убью, твоя душа отправится в Его Оружейную… или все-таки в Пекло? Ты же многих убил на своем пути. Что скажешь, Тобиус, мне отправить тебя на встречу с ними?

– За что ты мучаешь Сабину?

Агларемнон пожал могучими плечами.

– Был заключен договор, каждая буква которого аккуратно соблюдается.

– Здоровье брата в обмен на душу сестры?

– Нет мне дела до ее души, пускай отправляется в Чертоги Небесного Горна… если что-то останется. Процесс преображения тяжел и долог, во время него душа должна оставаться в теле, что мучительно… все так сложно, а ты сделал это еще сложнее. – Хотя демон так и не открыл глаз, Тобиус совершенно точно знал, что тот пристально рассматривает его.

– Она не сможет вечно прятаться в храме, окруженная розами и с этой безделицей на шее. Не сможет. Кстати, ты принес мне букет. Не стоило.

Колючая лоза в руке мага обратилась прахом.

– Зачем?

– Не люблю их.

– Зачем тебе ее тело? – процедил Тобиус сквозь зубы.

– Чтобы ходить по земле, конечно! Видишь ли, Тобиус, я не могу долго ходить среди смертных в таком виде, нужна подходящая оболочка.

– Возьми мою вместо ее.