Всадники Роха

 

- Спасибо за заботу! Только ананасы были не очень вкусные! Но как закуска – просто находка! А я, кажется, вспомнила, где видела тебя!

- И где? – заинтригованно спросил Низовцев в спину Алены. 

- В две тысячи девятом, в Красноярске, на базе олимпийского резерва. Вы же биатлонист?

- Хм, да. Но только бывший. 

- Почему?

- Ногу сломал на соревнованиях. Слетел с крутого спуска. Идиотская ошибка одного ретивого стрелка. Там завал был большой. А я шел следом, и чтобы не влететь в кучу малу, отвернул чуток, ну и занесло меня в овраг.

Прямо с ограждающей сеткой ушел туда. И все. После бегать уже не мог. А как ты могла меня видеть?

- Да мы там готовились к новогодним стартам. Я ведь «каэмэс», до сих пор подаю большие надежды, - засмеялась Алена. – Когда в машине ехали, я все вспоминала, где могли мы видеться. А когда Анатолий Семенович тебя по фамилии назвал, я тут и вспомнила. Ты, кстати, хорошо стрелял!

- Ну, это у меня не отнять, - усмехнулся Сергей. 

- Тогда догоняй! – крикнула спутница.

Девушка взвинтила темп и пошла вперед широким шагом. Больше всего Низовцев боялся, что она налетит на какой-нибудь скрытый под снегом комель или поваленный ствол дерева, поломает лыжи, а то и ноги. Но время шло, а Алена так же легко скользила по целине, умело объезжая кустарники и видимый глазу валежник. Потом следуя совету Никитича, они съехали пониже к ледяному ручью и помчались по нему. Сергей краем глаза следил за сопкой, которая все время находилась по левую от них сторону, и как только миновали ее, крикнул:

- Алена, давай свернем влево, поднимемся на взгорок и обогнем сопку!

- А зачем? – азартно спросила девушка.

– Здесь очень хорошая трасса!

- Хочу проверить одно место! Меня вчера Никитич заинтриговал! 

Не говоря ни слова, девушка сбавила ход, осторожно сошла с ручья и пошла по левой стороне русла. Через десять минут подошва сопки стала закругляться и уходить в сторону. Обогнув ее, путешественники словно в другое место попали. Солнце плохо освещало эту сторону сопки, и густой ельник выглядел совсем мрачно.

Алена притихла, пошла медленнее. Где-то покрикивала сойка, тарабанил дятел, а легкий верховой ветер слегка ворошил кроны деревьев. Стоял сплошной шум, создаваемый густыми лапами елей и кедров. Где-то сорвалась снежная шапка и со смачным шлепком упала на землю. Ехать становилось труднее из часто попадающихся на пути лежащих сосен, уже давно сгнивших. Присыпанные снегом, они представляли большую опасность.