Всадники Роха

Не так, что ли?

- Смешной ты, руси, - улыбнулся Онтор. – Не о том мечтаешь. Здесь никто не считает, что этим людям повезло. Как-нибудь расспроси «алкимиста», что он думает. Услышишь много интересного…. Так мы идем, или будем на кровь смотреть?

- Пошли к площади, - решил Сергей. – Может, что-нибудь перекусим?

- Ха-ха! – развеселился десятник. – Мысли читаешь, Серш! Кстати, предлагаю харчевню дядюшки Гиттура. Отменно кормит. 

Рассыпавшись вдоль улицы, отряд Онтора без особой спешки стал спускаться к центру города, не забывая о главном: поиск каких-нибудь следов.

Но, как и подозревал Сергей, вся кровь была размешана со снежной кашей и грязью. Наступала весна, и влажное, пахнущее теплом дыхание южных ветров хорошо ощущалось солнечными днями. Снег таял так быстро, что за день все следы были уничтожены. 

На площади остановились и огляделись. Людская толчея мешала продвижению отряда, поэтому сместились к заборам, чтобы пройти к харчевне. Сергей глядел под ноги, стараясь не наступить на конские яблоки или в помои, которых тут было в избытке.

Где-то за углом рявкнул корнуто, испуганно забрехали собаки. На рынок въехала небольшая группа всадников, одетых по-зимнему в теплых меховых куртках и малахаях на голове. У каждого на головном уборе был пришит пышный хвост какого-то животного, спускающийся чуть ли не до поясницы. 

- Это кто? – спросил Сергей Аслака, тоже попавшего в отряд Онтора. 

- Клан Лесного Нарви, - ответил стражник, внимательно глядя на передвижение всадников.

– Рановато они появились у нас. Наверняка, что-то замышляют на лето. 

- Что они могут замышлять?

- Поход на Унтури, куда же еще! Вечно им в покое не живется, - сплюнул в грязный снег Аслак. – Нам-то от этого какая радость? 

- Разве Авьяд чем-то обязан лесовикам? – удивился Сергей. – Или есть договор?

- Сестра нашего вождя – Видана - замужем за Равихаром, тамошним вождем. Вот и приходится нашему Отцу скрепя сердце, помогать лесовикам.

Равихар – безумец, переругался со всеми кланами, не живет в мире ни с кем. Наш вождь сколько не увещевал его – бесполезно. Поговаривают, кровь его испорчена магией. Раньше он таким не был. 

- Ты бы поменьше языком чесал, - услышал его десятник. – Если невтерпеж слухи кидать на воздух – почеши языком доски. Там заноз много – авось перестанешь отвлекаться на глупости. 

- Так все говорят, - смутился Аслак.