Сила обстоятельств

Заказ подвернулся быстрее, чем я надеялся, — обнаружилось это, когда Дидье произнес слова, мигом сделавшие разговор интересным:

— Сьер Гидо, например, не приказывал мне угощать тебя вином. И не замечать, как ты старательно прячешь в рукаве украденный нож, тоже не приказывал. За последние дни кое-что изменилось... Мне нужна твоя помощь и я готов за нее заплатить, в дополнение к тому, что уже сделал для тебя. И тем самым закроем все долги.

* * *

Приземистое каменное здание использовалось прежними владельцами для хранения и разделки мяса, а сбоку к нему примыкала коптильня.

Как я понял, пахотной земли во фригольде почти не было, его обитатели издавна занимались скотоводством и Дидье собирался продолжить традицию... Но пока крюки для подвешивания туш пустовали, от ледника не тянуло прохладой, а от коптильни — ароматным дымком.

Одна туша здесь все же лежала. Но в пищу решительно не годилась.

Громадный бык, причем не зарезанный мясником, — растерзанный клыками хищника. Я не занимался пустым хвастовством, говоря, что могу по прикусу определить любую из известных тварей.

Могу. И почти сразу сообразил, чьи челюсти поработали над бугаем. Вот только не смог поверить, попытался найти другое объяснение, — и не нашел.

— Этот бык обошелся мне в кучу денег, — сказал Дидье, — он был привезен издалека и я возлагал на него большие надежды, собирался улучшить породу здешних коров. Возможно, кому-то из местных скотоводов это не понравилось... Так я подумал сначала, решив, что порезвились маенские псы, натасканные на крупного зверя.

.. А потом изменил мнение.

— Где произошло нападение?

— Здесь, рядом, на выпасе... Пойдем, взглянем.

Мне как-то представлялось, что пасти скот на пожухлой осенней траве — дело бессмысленное. Но Дидье растолковал: производителям нельзя безвылазно торчать в стойле, — разжиреют, не смогут выполнять свои обязанности, им надо гулять на свежем воздухе, поддерживать форму...

Следы лап, отпечатавшиеся на влажной земле, лишь подтвердили то, что продемонстрировали мне следы клыков на изуродованной туше.

На обратном пути Дидье спросил:

— Что скажешь?

— На первый взгляд — вэйвер. Один. Огромная самка, старая, бесплодная и оттого держащаяся на отшибе от стаи. Почти не ядовитая, в раны попало совсем немного яда. Но размер... хм-м-м...

Дидье кивал, словно мои выводы совпадали с его собственными, потом спросил с нажимом:

— Ты уверен, что здесь побывала именно самка? Ошибка исключена?

— Уверен.