Ключ от всех дверей

Боги могут менять облик, но вот ты лучше знаешь - Христос приходил когда-нибудь в виде змея? 

- Нет, - твердо ответил Ристед, внимательно следивший за нитью ее рассуждений.

- А кто приходил?

Глаза Ристеда расширились.

- Змей! Конечно! Это дьявол! - прошептал он. - Все богатства мира сего в его власти!

- Сейриола предал всех. Своего бога, своего отца и всех людей, когда вызвал этого демона на Стеклянный остров, - заключила Гильдис.

Она распустила волосы и молча протянула Ристеду желто-фиолетовый плетеный пояс и еще кое-что, что достала из сумки.

 

- Отвези ее родителям, - сказала она. - Они имеют право знать. И похоронить хотя бы внука. 

Ристед не нашел слов и просто молча кивнул. Он аккуратно спрятал маленький череп и пояс в свой кошель. Некоторое время они сидели молча. Гильдис щурилась на солнце и слушала, как скрипит в снастях ветер.

- Этот наш поход войдет в легенды, в саги, - сказал Ристед, возвращая ей флягу. - Как плавание святого Брендана. 

Гильдис отрицательно покачала головой:

- Нет.

О чем здесь петь? Как храбро мы бежали, сверкая пятками? Как убивали товарищей, брали на абордаж собственный кнорр? Да и этот Сейриола - он же правда почитается как святой. Что тебе скажут твои жрецы, если ты расскажешь, что он предал своего бога и служил дьяволу? 

Ристед состроил очень выразительную гримасу и кивнул в знак согласия. 

- Скажем, шторм налетел, - произнесла Гильдис и отхлебнула из фляги. Лицо ее сморщилось, словно она подавилась чем-то кислым, но она продолжала твердо: - Скажем, туман был.

Попали на какой-то остров, кнорр разбился. Король наш и еще некоторые люди его погибли. Три года устрицами и яйцами тупиков перебивались, скажем, латали кнорр плавником. А как починили, скажем, так и выбрались. 

Она посмотрела на Ристеда в упор, чтобы убедиться, понял ли он ее. И внезапно смутилась. Гильдис сидела простоволосая, в одежде с чужого плеча, заляпанной грязью и кровью - а в глазах Ристеда она увидела самую прекрасную женщину в мире. 

- Ты же могла остаться с ними, - сказал он.

- Они редко кому предлагают такую честь. 

- И вечно быть беременной? - грустно сказала Гильдис и снова приложилась к фляге. 

Ристед улыбнулся и тихонько сжал ее руку. 

- Людям часто кажется, что если какой-то жестокий безумец выбрал их в качестве орудия для исполнения своих целей, то это их вина, - произнес он. - Что в них было что-то плохое. Это не так. Ты ни в чем не виновата. Это Туатал во всем виноват.