В Дикой земле

Наместник Са-Фораг, сложивший с себя полномочия и теперь смиренно стоявший по другую сторону ручья, кивнул.

 — Не так давно, о Лучший, было явлено миру тревожное знамение. Вестники перемен вновь поднялись в небеса и понесли смуту по миру, зарождая семена будущих бед. Мы обратились к Карге Лесов, вопрошая о том, и Карга ответила, что человеческий кудесник выпустил их в мир. И он совсем близко. Мы стали готовиться к церемонии вашего пробуждения, о Лучший, но даже не успели довести дело сие до конца, как человек явился к берегам Фарсала.

— Кудесник То-Биус.

— Да, о Лучший. Вы видели… небо?

— Видел, да. Оно ранено.

Са-Фораг поклонился, насколько позволяло это забранное в панцирь туловище, и замер. Все взгляды были обращены к древнейшему и мудрейшему тестудину. Ду-Гэмон был древен уже в те времена, когда пращуры наместников ещё не вылупились из яиц. Он помнил Старый мир, он помнил Старый порядок и ужас, ядовитыми щупальцами вползавший в умы миллионов рабов.

— Что нам делать, о Лучший?

— Делать, да? — Невероятные бирюзовые глаза выглянули из-за век, внушая трепетное почтение. — А что мы можем сделать? Разве что погибнуть прежде, чем они вернутся. Предварительно убив своих чад, конечно же, дабы ужасное прошлое нашего народа не стало их будущим.

Столь неутешительное мнение повергло наместников в шок. А шок у тестудинов мог длиться не в пример дольше, чем у прочих, более прытких тварей.

— Я посмотрел на него, да, — прогнал прочь долгое молчание Ду-Гэмон, — на кудесника То-Биуса. Карга Лесов что-нибудь вещала о нём?

— О Лучший, она не называла его имени. Сказала лишь, что в старой твердыне, стоящей на севере, твердыне людей, которую те забросили, кудесник их роду-племени совершил убийство.

— Убийство, да? Кого же он убил?

Са-Фораг нерешительно обратился за помощью к прочим наместникам, но те ответили на его безмолвный призыв безмолвным же отказом.

— Бога, о Лучший.

— Хм.

Длинный жёлтый коготь Ду-Гэмона стукнул по кончику клюва, что время изрезало трещинами, словно твёрдыми морщинами.

— Это… Поступок. Поступок, достойный героя.

Тестудины часто заморгали. Так часто, как это было им доступно, то есть примерно так же быстро, как обычно моргают люди в состоянии полного спокойствия. Их растерянность лишь крепла.