В Дикой земле

Для мага это важно, маг обязан уметь пользоваться своими знаниями, а не только ими владеть.

Лаухальганда вернулся скоро, прикатился к дереву и стал подпрыгивать там, громко мяукая. С высоты его, правда, слышно было едва-едва и пришлось спорхнуть вниз.

— Что? Что ты нашёл? Я не понимаю, помедленнее… Но… А, ахог, веди!

Солнце стремилось к западной кромке мира, но времени до наступления темноты оставалось ещё порядочно, можно было рискнуть и побегать напоследок, хотя ноги давно уже превратились в один сплошной источник боли и неудобств.

Тобиус гнался за Лаухальгандой, который весело подпрыгивал на неровностях, метался туда-сюда, огибал разведанные препятствия и постоянно издавал призывные мявки. Замедлился он, лишь ворвавшись в рощу обычных берёз, которые смогли пробиться к солнцу на земле, не занятой исполинами.

— Мря! Мур-р-ря!

— И что там?

Тобиус глянул за полосатые стволы и обнаружил, что внутри рощицы было чистое от деревьев пространство. Небольшая полянка, скромная, поросшая малинником, на котором даже зимой осталось немало ярких ягод.

А кроме того на поляне стояли олень, кабан и… какое-то существо с хоботом и длинными ушами, небольшое, но мясистое на вид, явное травоядное. Стояли там эти звери, стояли, ушами да хвостами помахивают, озираются. Посреди зимы. Рядом с малинником, полным ягод.

— А ты, братец, молодец, не повёлся.

— Ф-ф-ф-фр!

— Нет, я не считаю тебя таким дураком, просто…

— Ф-ф-фр-р-ря!

— Так, знаешь, мне легче просто принести извинения, чем играть с тобой в игры разума, — посмурнел маг, но извинений всё же не принёс.

Там, на этой, с позволения сказать, поляне, не было никаких трёх живых организмов, да и настоящего растения не было. Там был всего один живой организм, да и то не над землёй, а под ней. Один крупный, глубоко зарывшийся организм, который раскинул на поверхности ловушку для другого хищника.

— Хотелось бы мне вырыть и выпотрошить эту штуку, никогда ни о чём подобном даже не читал… Постой-ка.

От постоянного использования Истинного Зрения глаза Тобиуса уже давно хранили красноту, слезились и чесались.

Тем не менее, без этого заклинания он был бы слепым младенцем, пролезшим в клетку с голодными львами. И теперь чары, обострявшие восприятие, позволили найти на фоне одного большого организма другой, меньший, подавленный более мощным биологическим полем.

— Кажется, кто-то попался, вон тот сугроб видишь? Под ним живое… едва живое тело. Биополе едва держится, аура слабая.