Этот мир наш

Кто-то начал сбивать запоры с ворот. Несколько человек сноровисто выбили стёкла и закидали газовыми и светошумовыми гранатами помещения на первом этаже, где располагалась прислуга и жила охрана. Одновременно два чародея заблокировали магическую защиту посольства, а затем привели в негодность вплетённые в двери и стены охранные заклятья. Остальные бойцы окружили дом, готовые огнём из автоматов по окнам прикрыть товарищей. Закончив с охранными чарами, один из магов дал отмашку рукой – готово, газ тоже начал рассеиваться.

Но какие-то ловушки против воров, вплетённые непосредственно в оконные рамы, всё равно могли сохраниться. К тому же большую часть окон первого этажа закрывали решётки. Поэтому сапёр приладил к дверям вышибной заряд. Грохнуло так, что вороны тучей взвились с веток по всей округе, а массивные двери превратились в облако дыма и щепок. Сразу же в дом хлынули солдаты. У кого-то из охранников или прислуги могли быть амулеты против газа: таких надо схватить и связать, пока они не пришли в себя после взрыва светошумовых гранат.  

Разбуженный шумом посол успел прямо в ночном халате высунуться из окна и заорать:

– Что это значит? Да вы хоть понимаете, что этот дом под защитой меча самого Эдфельда Непобедимого?!

Договорить посол не успел, его грубо вдёрнули обратно. Когда граф Рединг вошёл в дом, посла как раз сволокли по парадной лестнице на первый этаж.

– Что это значит? Да вы хоть понимаете, что вы объявили войну самому Эдфельду Непобедимому?! – брызгая слюной, опять заорал посол.

– Уймитесь, барон, – голос графа источал лёд. – Вы укрыли в своём доме некоего Шавьера, мага, обвиняемого в организации покушения на Его Величество Турстана Второго. Если вы немедленно выдадите преступника, принесёте официальные извинения от лица короля Эдфельда и гарантируете компенсацию, инцидент считаю исчерпанным.

– Да что вы себе позволяете! Вы хотите войны? Вы её…

Граф пнул посла сначала в живот, потом носком сапога в лицо. Тот захрипел и выплюнул кровавый сгусток на ковёр.

– Получим, получим. Если ваш король настолько глуп. И даже отпустим вас, барон. Чтобы вы передали. Один раз Лозада попробовала вмешаться. Вы помните, чем она кончила? К следующему врагу мы столь снисходительны не будем. А я вот старею. Всего четыре штуки.

– Мы не молодеем, Ваша светлость, – усмехнулся стоявший рядом помощник. – У него просто зубы крепкие. Но до чего подлец самоуверен, а? Думает, что тайник не найдём?

В это время к графу подошёл один из гвардейцев.