Бессмертные Противостояние

С лёгочной патологией аргентинца справился минут за пять. Парень зашёлся кровавым кашлем. Очищение и Регенерацию пришлось повторять дважды. Возня с первыми двумя стоила того, потому что остальные глядели значительно веселее. С расами тоже всё стало понятно однозначно. Китайский и аргентинский гномы тому яркое подтверждение. Мысленно заключил с собой пари. Почему-то был уверен, что альв – это Джордж.

– Теперь вы двое – в портал! – скомандовал я выздоровевшим операторам, – остальным – баиньки!  – Сон Гарпий не подвёл.

Пациенты с искусственными органами отключились мгновенно. Правильно, то что я буду делать дальше, может серьёзно подорвать мой авторитет у тех, кто сейчас ждёт своей очереди.

Рунная Карусель закрутилась, отбрасывая блики на лезвия Ключей. Преобразовывать спицы обратно в иглу и скальпель не стал. Только возня лишняя… 

Дальнейшее больше напоминало работу хируга-трансплантолога. Только ту её часть, что касается забора органов у доноров. Появилась ещё одна техническая проблема. Как я ни старался, но заживлять вспоротую грудную клетку, вскрытую глазницу и прочие отверстия в организмах операторов быстро не получалось.

Кровищи натекало преизрядно. Да ещё цейтнот вносил свою деструктивную лепту так, что я минутами ощущал себя просто Виктором Франкенштейном. 

Приходилось делать паузы и наводить порядок, направляя струи воды в потолок и устраивая интенсивный душ со смыванием крови, благо устройство Станции предусматривало дренажные отверстия в полу.

Через двадцать минут мокрый и злой я стоял перед тремя спящими и здоровыми Бессмертными.

Череп назойливо буравила мысль плюнуть на щепетильность и просто убивать операторов. Но кто даст мне гарантию, что вместе с возрождением те не заполучат свои искусственные органы обратно? И где они возродятся. А ну как в оазисе? Нет, лучше под моим контролем, тупо, топорно, тяжело и наверняка.

Во только тащить этих спящих красавцев через портал мне прикажете самому? Так я до весны не вылезу с этой каторги…

– Инфа! – вызвал я Ведьму, надеясь, что ту всё же не сморил сон.

– Чё? – хвала Рандому! Любопытство шаранг оказалось сильнее сна.

– Не «Чё», а «слушаюсь и повинуюсь, Первый!»

– А?

– Ты что, спишь там?

– Пытаюсь…

– Мне бы помощь не помешала. Сама не хочешь, организуй ходячих с носилками. Пусть вылеченных по палаткам разносят. А то я тут жить останусь. Пожалуйста, – я добавил просительных интонаций в последние слова. Но, видимо, ноток отчаяния в моём голосе было гораздо больше.