Охотники за туманом

Но десять шагов — не такая уж и большая дистанция для рывка со всех сил. Не запыхается.

В темноте видны лишь силуэты фигур, смутно выделяющиеся на фоне грозового неба, но дистанцию примерно оценить можно. Вот противник перед ним взмыл в воздух в длинном прыжке, человек наугад махнул пистолетом, и, почувствовав тело противника, уверенно вложил весь вес в удар ножом. Сшибка! В обнимку с гулем они покатились по скользкой траве, а встал уже он один, притопив переставшего шевелиться соперника в грязи. Следующий! Вот еще катаются по земле сцепившиеся в клубок тела.

В мелькнувшей вспышке чужого выстрела человек опознал где гуль, а где его боец и нанес молниеносный удар в спину твари. Следующий!

Вот и второй выстрел. У тройки старшего десятника остался один заряженый пистоль. Где свои, где чужие — не разобрать в этой ночной свалке. Ну же, молния, ты где? Человеку много не надо, с его-то опытом хватит и краткого мига чтобы оценить ситуацию, принять решение и выбрать цель.

Вдох. Выдох. Удар сердца.

Онемение в левом боку после удара когтистой лапой.

Вспышка!

Спасибо, молния, спасибо, родная. За то, что густая и ветвистая именно тогда, когда ты такая и нужна. Четверть стука сердца — этого вполне достаточно. Вон трое его бойцов стоят и ищут цель. Вон вдалеке пара гулей уже подбегает к границе лагеря. Вот свернулся на траве в позу эмбриона растерзанный воин из его группы. А вот еще один размашисто бьет ножом придавленного к земле гуля.

В двух шагах от человека старший десятник поднимает пистоль.

Человек на краткий миг встретился с ним взглядом.

Вспышка!

Глава 15

Николай шел на восток по самой кромке туманной завесы. Коня он вел в поводу, так было легче и ему, и Сердару, и промокшей насквозь Льдинке. Дождь лил как из ведра, земля раскисла и глубоко проседала под ногами. Из-за дождя и туч темнота была, что называется, хоть глаз выколи. Пришлось спешиться, чтобы не упасть вместе с лошадью,оступившись в темное. А так багровые всполохи стражей в стене тумана хоть как-то, но освещали путь.

Тоненькая цепочка смазанных огоньков багровой пульсацией подсвечивала ленты дождя. Хаотичные вспышки молний на мгновенья выхватывали мокрую степь из объятий ночи, а потом с раскатом грома все снова погружалось во тьму. На какое-то время он даже забыл, что находится в глубоком рейде по вражеской территории. Просто подставил лицо дождю, шагал и наслаждался. В разгуле стихии было что-то такое, родом из далекого забытого детства.