Дурное Место

— голос её дрожал. — Ну, а если не Мёд, то что же тогда?

— Аши, вот тебе честный-пречестный ответ. Не знаю. Какой ответ ни возьми, всё не то. Есть люди, они без риска жить не могу. Уснуть не могут, если за день жизнью ни разу не рискнули. Я не из таких. Хотя в легионах свой срок отслужил, и даже в перестрелке с варварами на границе разок поучаствовал. Чуть не помер со страху, честно тебе признаюсь. И потом — левитационных снадобий на себе не испытывал, с воздушных шаров на канате не прыгал, на рекордные глубины не нырял.

Диких коней не объезжал, Корбулоном довольствовался, хотя характер его терпеть — то ещё удовольствие. Даже любить не сильно себе позволял. Потому как опасно. Предпочитал выдумки свои описывать и, поверишь ли, нет, в них куда сильнее, чем в настоящее, в жизни случившееся, верили. А госпожа баронесса (Аши передёрнуло) ... Госпожа баронесса, по-моему, свято верит, что я на самом деле такой ловелас и сердцеед, как кое-кто из моих персонажей. Мол, поэт всегда только себя и описывает. Ни о чём другом он якобы в принципе писать не способен. 

— То есть, сейчас пошёл сам не зная зачем? — тихо спросила Аши. 

— Наверное, найти тебя. Найти настоящее, — очень серьёзно ответил Ким. — Думаешь, неважное объяснение? Согласен. Но закон дедукции гласит — отбрось всё заведомо невозможное, и оставшееся будет ответом, сколько бы невероятным оно ни выглядело на первый взгляд. И вот... нашёл. Настоящее.

— Найти меня... найти настоящее, — горько откликнулась Аши. — Найти меня, душу разбередить — и что? Уйти, скрыться, исчезнуть? Ты ж ведь знаешь, какой жизнью я живу.

И знаешь, что я.. — она выразительно тряхнула брачным браслетом. 

— Знаю. Как знаю и то, что сердце твоё свободно. Несмотря ни на какие браслеты. Зачем ты его надела — дело твоё и только твоё. Спрашивать, допытываться не стану. А что до жизни... Ты ведь мою знаешь тоже. И знаешь, что жизни наши не пересекутся. Из тебя такая же домашняя хозяйка, как из меня — рачительный домовладелец.

Аши молчала, отвернувшись.

Чуть подрагивала рука, стиснувшая эфес.

— Мы оба вышли, не зная, что найдём. Я собирал души болотников. Опасное дело, неприятное дело, и никакого удовольствия я от этого не получал. Ты убивала тех же болотников за деньги и тоже не испытывала никакой радости. Мы делали то, что должны, не остальным, не людям и даже не себе — чему-то в нас, что поднимает и гонит в дорогу. Ради момента истины. Когда мы стоим на краю этой ямы и держимся за руки.