Эпоха справедливости. Книга вторая. Рассвет.

А у мальчишек - свои секреты!

…Бескостный хвалится ногами и проходит с помощью всего одного костыля, а также подколов и улюлюканья болельщиков - целых метров пятнадцать. Зрители в экстазе! Аргентина – Ямайка: пять – ноль! Молоток парень!

…Так и проходит это эпохальное, солнечное и теплое утро. Еле-еле ползет, если судить по моим внутренним ощущениям.

Смолю каждые пятнадцать минут. Во рту горечь и смрадная помойка.

И наконец - решаюсь забить на недостающие 8 пунктов энергии и стартовать прямо сейчас.

И так уже весь извелся! Устал от ожидания.

Решительно иду к порталу, окруженному забором-загончиком. Здесь еще с ночи сложено всё возможно необходимое.

Ближние тянутся следом.

Одеваюсь и экипируюсь. Вроде ничего не забыл. Присаживаюсь «на дорожку». Смотрю на друзей и соратников.

Хех - похоже, первого космонавта народ спокойнее провожал!

Хотя и я сейчас готовлюсь совершить не менее серьезное деяние. А если в масштабах племени, а может и не только нашего - даже и более весомое.

По практической пользе. Если все срастется, конечно.

Проход в иной мир!

Итс фэнтэстик!

…Придавленный волнением и величием момента - пипл преимущественно помалкивает.

Лишь «юморист» Шептун сипло намурлыкивает какой-то старый хит, похоже из юрского периода - про: «ван вей тикет». (билет в один конец) Вот ведь добрый человек! Козлень волосатая! Мне и без того - не по себе. Понимать же надо. 

- Не каркай, клоун!

- Не будь таким ранимым, чувак! – гнусаво щерится мой деликатный друг в нигерском киношном стиле.

И добавляет своим нормальным голосом, - Это я так тебя подбодрить пытаюсь, командор. Ну и себя тоже. Через цинизм и похренизм. Все очкуют - что уж там скрывать. Вон даже у Нурланчика маска Чингачгука набок сьехала.

- У тебя хорошо получается! В смысле: «про подбодрить», - Я ухмыляюсь. Бесстрашно и бывало. Стараюсь, чтобы это так выглядело, во всяком случае.

- Ты там аккуратнее давай, Егор. Если что – ломись назад, без раздумий. Просто осмотрись для начала.

На первый раз далеко не отходи… - Зимний повторяет и без того сотню раз пережеванное.

- Как скажешь, папочка.

Вижу, что моя Амазонка явно готовится исполнить в разлуку сцену из «Юноны и Авося». Ту которую: «ты меня никогда не забудешь, я тебя никогда не увижу».

- Ша! – показываю ей одними глазами. - Всё ровно будет.

Все-таки повисает на груди ненадолго. Бормочу ей на ухо что-то стандартно-успокаивающее и брутально-небрежное.