Тандем. Рождение

Удар о землю выбил воздух из лёгких – очередной снаряд вонзился мне прямо в живот, насквозь пробив байку и футболку. Сначала пришла боль, а потом дикая слабость. Какая-то муть в глазах. Собравшись с духом, я смог пошире распахнуть непослушные веки и начал наблюдать за происходящим. 

Сквозь траву получалось увидеть совсем немного, но сразу стало ясно, что дело дрянь. Из всего отряда на ногах остался кто-то один, и сражался он против серого троглодита, который наверняка был посильнее остальных тварей. А проклятое тело отказывалось слушаться, оставляя меня полностью беззащитным перед врагом.

Оставалось лишь надеяться, что наш справится.

Мне удалось немного шевельнуть шеей и изменить положение головы, чтобы лучше видеть происходящее. И… Я в ужасе наблюдал, как Иван набрасывается на троглодита и всаживает ему в голову секиру, насаживаясь на грубое деревянное копьё. А затем валится рядом с мёртвым троглодитом. У нас с Юрой же есть бинты против кровотечения! Из моего горла вырывается лишь невнятный хрип.

Ну давай, вспомни об этом! Думай, Ваня, думай! При тебе нам их выдали. Давай. 

Я просящим взглядом смотрел на еле дышащего парня, валяющегося рядом с телом своего врага. Он… Он вспомнил. И медленно пополз в мою сторону, истекая кровью изо рта. А затем свалился на голую землю. И я смотрю на него. Смотрю на человека, который спас всех нас. И он что, просто так возьмёт и умрёт? Это же, как минимум, несправедливо. Надо что-то делать!

Пальцы еле-еле двигались, совсем не слушая моих просьб.

Я прилагал всё больше усилий, стараясь заставить двигаться непослушное тело. А оно отказывалось. Напрочь отказывалось. Но пальцы двигались всё лучше. С трудом получилось шевельнуть рукой, вот только до мешочка, в который я на автомате засунул свой бинт, было так далеко. Ещё небольшое движение. Сантиметров двадцать осталось, ну же! Я не хотел думать, как буду его перевязывать.

–Что тут… – я ещё никогда так не радовался незнакомой девушке. 

–Помоги… – слова с трудом вырывались из глотки.

– Бинт… В… Мешочке…

Это была та самая охотница, которая не умела убивать монстров. А она красивая… Длинные пшеничные волосы, мягкие черты лица и озорные голубые глаза. Правда, сейчас озорства в них не было ни на грамм – девушка смотрела сосредоточенно, и также сосредоточенно развязала мой мешочек, достала бинт и шагнула к раненому. Как её назвала куратор? Вроде… Эмилия? Красивое имя. У меня будто мозги уехали куда-то не туда.