Илианкский контракт

Когда-то оживлённый, ныне тракт пришёл в полное запустение, сжался до широкой тропинки, стиснутой с обеих сторон наросшим за полвека подлеском.

Натужно скрипела телега, раненый Мэорн устало и однообразно проклинал каждую кочку. Взгляд второго лейтенанта бездумно скользил по шершавым сосновым стволам. Хотя после аленской битвы прошло уже два дня, он никак не мог определить своё отношение к ополченцам. Два кузнеца вытащили его, раненого и беззащитного, буквально из-под копий наступающих имперских гвардейцев.

С тех пор Мэорн пребывал в прострации, мысль, что жалкие ополченцы смогли спасти его, профессионального наёмника, от неминуемой смерти, никак не могла уложиться у него в голове.

У меня всё сильнее болело раненое плечо, ротный медикус лечебными травами смог остановить заражение, но срастить раздробленную кость было не в его силах. Мелкие осколки оставались в ране, временами вызывая жуткую боль. Перед глазами появлялись красные пятна, и я вновь и вновь мысленно окунался в кровавый ужас аленской бойни…

В сотый раз я стоял на городской стене, вглядываясь в медленно подползающие к городу громады осадных башен.

Густо усеянные арбалетчиками верхние этажи возвышались над городской стеной футов на двадцать, делая защитников лёгкой мишенью для метких имперских стрелков. Расположенные на крыше баллисты выпустили первый залп пятифутовых копий, которые, как бумагу, пробили установленные между зубцами стены деревянные щиты. Прямо на южные ворота нацелил окованную железом баранью голову исполинский таран.

А над городом уже разносился, подхваченный тысячами испуганных голосов, исполненный утробного животного ужаса крик «Дракон!».

Исполинская чёрная туша, на мгновение заслонив солнце, устремилась на город. Болты, стрелы, дротики спрингалдов и баллист бессильно скользили по чешуйчатой броне антрацитового гиганта. Испустив яростный рёв, дракон пронёсся вдоль стены, ударила огненная струя, расплавляя гранитные блоки. Металл и человеческая плоть исчезала без следа.

По счастью до моей роты тварь не дотянула сотню футов, пламя истончилось и дракон, набирая высоту, удалился от Алена. Со стороны имперцев послышались радостные крики, осадные башни поползли быстрее.

Дракон, вновь взмыв в небо, на десяток минут завис неподвижно, словно наслаждаясь видом охваченного паникой города. Мимо меня пробежали испуганные королевские канониры. У расположенных на привратных башнях гигантских баллист остались лишь ополченцы.