Профессиональный некромант-4. Мэтр на охоте

Впрочем, на фоне деревеньки гости смотрелись почти своими – обшарпанные дома, известные его сиятельству еще по старой памяти, стояли все такими же развалюхами. Покосившиеся заборы кренились на дорогу так, что, казалось, вот-вот рухнут. Крытые прошлогодней соломой крыши по-прежнему зияли огромными дырами, а одежда крестьян была столь неказистой, что у графа пару раз дрогнула рука подать милостыню. 

С грустью отметив про себя, что юный барон плохо справляется со своими обязанностями, его сиятельство обратил взор на единственный дом с несомненными следами ремонта.

Выглядел он, правда, так же печально, как все остальное, но тут хотя бы имелись нормальные окна, а наспех покрашенные ставни на фоне общей бедности и полнейшей разрухи казались и вовсе чем-то неслыханным.

– Господин Вигор! Господин Бодирэ! – спрыгнув на землю, истошно заорал мальчишка. – Тут к вам от короля приехали! Выйдите на минутку, а?!

Граф чуть не поперхнулся, но в этот момент дверь дома со скрипом отворилась, и оттуда вышел человек – коренастый, седой, как лунь, но еще не утративший повадок старого вояки.

Следом за ним вышел второй мужчина, одетый в простую холщовую рубаху и обычные штаны, аккуратно заправленные в голенища заношенных сапог. Крепко сбитая фигура без единого намека на дурной жирок, волевое лицо, недобрый взгляд из-под густых бровей, осанистая борода, которой два года назад и в помине не было… 

Его сиятельство едва с коня не упал, признав в хмуром деревенском мужике некогда известного в определенных кругах господина Бодирэ.

Резко похудевшего, утратившего прежний лоск, но приобретшего взамен совсем иную осанку и хорошо знакомую любому воину твердость во взгляде, которая вызывала невольное уважение. 

Граф мысленно присвистнул, по достоинству оценив произошедшие с чиновником перемены, и дал себе зарок непременно выяснить у Невзуна, что он сделал со своим управляющим. А вот господа проверяющие поняли ситуацию иначе – их взгляды, пробежавшись по неказистой одежке коллеги, стали откровенно скептическими; при виде обуви – высокомерно-презрительными, а при виде невозмутимого лица, на котором не виднелось и тени былых эмоций – недоумевающими.

– Боже мой… – наконец, смог выдавить что-то членораздельное барон фон Дубинэ, который, видать, тоже был неплохо знаком с этим человеком. – Друг мой, да как же вы это… что с вами произошло?!

– Ничего такого, чего я не смог бы пережить, – криво усмехнулся господин Бодирэ.