Профессиональный некромант-4. Мэтр на охоте

При его включении поле накрывалось гигантским колпаком, не пропускающем наружу ни единой капли магии, а внутри развертывались четыре «стихийных» купола, размеры и плотность которых регулировалась дополнительно.

Полная защита полигона включалась только во время официально назначенных поединков. Событие это было заметное, торжественное, поэтому обставлялось соответствующе и даже заносилось в особый журнал. Вызов бросали прилюдно, с соблюдением древних традиций. Отвечали на него соответствующе, а дуэль проводили в строго отведенный день и час.

В такие дни на полигоне было не протолкнуться от любопытных. Даже начальство объявлялось в полном составе, дабы убедиться, что поединок не проводится с нарушениями.

Если же речь шла об обычной тренировке, то тут сторонних наблюдателей почти не было. С помощью управляющего шара полигон разбивался на нужное количество участков. Над ними устанавливали стандартную защиту. А возле шара ежедневно дежурил наказанный за мелкие провинности старшекурсник, который следил за порядком и фиксировал присутствующих.

Сегодня был самый обычный день, поэтому полигон, можно сказать, пустовал, если не считать старательно упражняющихся в магии троицы светлых и откровенно зевающего на краю адепта, лениво поглядывающего на рвущиеся под куполами молнии.

Согласен: зрелище скучное, поскольку молнии были дохленькими, защита с ними прекрасно справлялась, тренировались под куполом далеко не первогодки, поэтому ничего неожиданного в принципе произойти не могло.

Такого же мнения, видимо, придерживались и двое светлых постарше, остановившихся поболтать с дежурным. Те самые шестилетки, о которых накануне рассказал Томас. Один – огневик, судя по цвету нашивок на мантии, второй специализировался на Воздухе и неплохо владел пространственной магией.

Подобравшись к полигону под прикрытием кустов, я тщательно взлохматил и без того растрепанные волосы, а потом принялся старательно ерзать коленками по земле.

Затем выдрал первый попавшийся пучок травы, тщательно перепачкав соком ладони, нанес несколько коричнево-зеленых полос на лицо, превратив веснушчатую физиономию в нечто невообразимое. В довершение всего снял с себя один ботинок, бережливо убрав его в сумку, накинул на мантию небольшую иллюзию и, удовлетворенно крякнув, обернулся к Алесу.

– Как тебе видок?

– Может, расскажешь все-таки, что задумал?

– Нет, – с сожалением отказался я.