Профессиональный некромант-4. Мэтр на охоте

Как у нас дела с алтарем?

– Порядок, – пренебрежительно фыркнул темный. – Зря я его, что ли, в твое отсутствие досуха выкачал, чтобы потом побольше влезло? Можешь не стесняться – туда трое таких влезет. Но учти: если все-таки испортишь, поймаешь для меня другого!

– Не волнуйся, все потом наверстаешь. Неужто на нас с тобой светлых не останется? – я расплылся в жутковатой ухмылке и, радостно потерев руки, обернулся к де Региллю. – Какое счастье, что у нас есть еще один живой и послушный мертвец! Перстенек твой молчит, подмоги не будет, дружки уже свое получили и спят беспробудным сном… до утра времени полно, дежурный на полигоне чем хочешь поклянется, что вы там были одни.

Ух, до чего я люблю, когда дураки сами себя подставляют! Зато тебя мы приготовим неторопливо, как положено, затем помоем, побреем, разрежем, внутренности достанем…

– Невзун, ты сумасшедший! – наконец, прорезался голос у нашего пленника, до последнего свято верившего в то, что с ним ничего не сделают.

Я мерзко хихикнул и, подскочив к стене, сорвал с нее самый большой нож.

А потом с улыбкой маньяка промурлыкал:

– Ты даже не представляешь, насколько…

– Отойди от меня! – сорвался на фальцет граф, когда я, напевая под нос что-то кровожадно-милое, подошел к столу и со знанием дела пощекотал чужое горло остро отточенным лезвием. – Пошел вон! Не смей ко мне прикасаться! А то пожалеешь!

– Бог мой, сколько экспрессии и совершенно неуместного пафоса, – всплеснул руками я, зацепив бедолагу повторно. – И стоило так шуметь? Тебе и больно-то не будет… почти.

Я же еще не грею в огне кочергу… что? Алес, уже успел? И щипцы в угли положил? Какой молодец! Но ты же мужчина, граф! Тебя готовили к нелегкой доле аристократа? Ах, не мужчина, а еще только собираешься им стать? Ничего страшного. Будь магом, в конце концов – послужи науке и докажи нам, что в тебе еще не угасла исследовательская жилка!

Для вящей убедительности я потыкал кончиком ножа в бока бешено извивающегося пленника, выбирая самые чувствительные места, затем придирчиво изучил содрогающийся живот и, примерившись, сделал вид, что вот прямо сейчас начну его резать.

Одновременно с этим скорчил совсем уж зверскую рожу, выпучил глаза и широко замахнулся.

Это оказалось последней каплей.

– А-А-А-А! – благим голосом взвыл насмерть перепуганный граф, ощутив, как по его коже стекает кровь. – Не надо-о-о!

– Да не извивайся ты так, – возмутился я. – А то отрежу ненароком что-нибудь важное.