Валор 4

Тем более, пока изученная техника летнего вихря продолжала прогрессировать и без участия мастера. Если честно, я просто боялся выдать собственную догадку преподавателю. Что, если эльфийка посчитает меня угрозой?

Я же даже ничего ей не смогу противопоставить. Но сейчас на кону стояла не только моя жизнь, но и жизнь моего друга, и больше я медлить не мог. Вечно убегать нельзя, и я направился прямиком в лазарет. Чем скорее все прояснится – тем лучше. В конце концов, мы всегда нормально общались, и, пока я не узнал эти глаза, она была чуть ли не самым доверенным моим человеком среди взрослых.

– Что-то случилось, Вал? – озабоченно спросила Хотару. – Ты ранен? Сломаны кости?

– Нет… вернее, да, случилось, но не со мной. Я в полном порядке. Спасибо, госпожа.

– Должно быть, произошло что-то очень важное, раз ты пришел ко мне, – улыбнулась эльфийка. – В последнее время ты меня избегаешь.

– Да? Наверное, простите, – сказал я, потупившись. – Что вы знаете о поздних детях?

– Прости, Вал, но это тайна клана Джен, и я не вправе ее раскрывать, – покачала головой доктор.

– Это одно из условий моего перехода в Гуй. И я прошу тебя его уважать.

– Хорошо. Тогда я буду говорить, а вы кивайте или мотайте головой. Получится, что вы мне ничего не рассказывали. Хорошо?

– Боюсь, это не так работает, – грустно улыбнулась женщина. – Я никаким образом не могу рассказывать, показывать или писать о тайне, о которой могут знать только посвященные высшие эльфы. Исключений из этого правила нет.

– Черт. Тогда просто слушайте.

Не отвечайте, – упрямо сказал я, сосредоточенно глядя ей в глаза. – Поздние дети. Это те, чей разум развивается быстрее тела. Их силы могут расти паранормально быстро, а у некоторых и вовсе проявляются с раннего детства. При этом многие из них не используют в техниках собственную энергию Чжен-ци, выкачивая ее из других: из растений и животных. Управляют законами природы, но сами их переносят крайне тяжело. Иногда их адаптация к собственным новым силам выходит из-под контроля. При формировании ядра, которое начинается слишком рано, их тело меняется, ломается, покрывается той силой, которой они наиболее подвержены – природной. Кора, побеги, лианы из волос…

Чем дольше я перечислял известные мне признаки джиннов – магов, обладающих первостихиями, которых старались убивать в младенчестве, чтобы они не натворили дел: что в империи, что в других странах, – тем больше хмурилась Хотару. После некоторых предположений ее брови чуть поднимались, почти незаметно.