Призрачная нога

Когда и с этим было покончено, он подошел к краю плато и поглядел раскосыми глазами в туман.

 ― Надеюсь, друг, ты знаешь, что делаешь.

Глава 19. Глаза туманного

    В этот раз глаза Смолла привыкли к туману почти безболезненно. Если раньше ему казалось, что глаза сгорают и их пытаются сгрызть  рыбы-падальщики, то сейчас он лишь почувствовал, будто на них сильно надавили. Надавили чем-то твердым и горячим, ненадолго вызвавшим покалывание в висках. А потом все прошло. Бесследно.

Приземлившись, Смолл выбрался из неудобного сидения и резво потряс канат ― сигнал Леону, что пора поднимать.

     Канат пополз верх. 

    Смолл достал лук, приготовил стрелу и попрыгал. 

    «Лютый беспредел говорите? Посмотрим».

   Солнечные лучи пробивались сквозь невидимый для Смолла туман, и лес, показавшийся ему ночью мрачным и зловещим, теперь был по-фондорийски ярким. Здесь росли березы, дубы, вязы, липы и еще столько незнакомых деревьев, что Смолл мог бы, наверное, часами напролет шататься посреди их стволов и любоваться красотами, не будь у него цели ― спасти товарищей.

Пышные кусты с красной ягодой и колючими малиновыми цветками перемежались одинокими пнями, поваленными деревьями или мелкой истоптанной травой, когда Смолл прыгал, ориентируясь по карте.

    Ему виделось удивительным, что на пути то и дело встречались уменьшенные копии Вечных растений. Рута и календула едва доставали до колен, редкие деревья в обхвате были шире его талии, а трава, в Туманной Долине способная отрубить голову, в этом лесу, безобидная, мягко шелестела под ногой.

Смолл, словно вырос так сильно, что перестал быть частью прошлого крошечного мира.

    Смолл преодолел пологий холм и замер, услышав шорох. С ветки клена перед ним спрыгнуло фиолетовое мохнатое создание с четырьмя крохотными ручонками и белыми глазами. Зверек оскалился, сделал пару ловких шажочков навстречу Смоллу и застыл.

Несколько мгновений он разглядывал Смолла, а Смолл его. Потом  зверек вдруг метнулся вверх, длинным хвостом зацепился за ветку, повис вниз головой.

    «Даже такой малыш может передать болезнь», ― напомнил себе Смолл. 

    Он дождался, пока зверек скроется, надел капюшон и попрыгал дальше. Нога уверенно отрывалась от земли, недавняя слабость почти исчезла. Смолл даже получал удовольствие от нагрузки.