Четыре голоса Тьмы

Он тут пил и не такую гадость.

Джереби пару минут с любопытством разглядывал воду, понюхал ее, потом засунул в кружку палец и лизнул его. Наконец, он решился сделать маленький глоток.

И не смог оторваться. Он закончил пить только тогда, когда в рот потек осадок. Магистр выплюнул его на стол. Лицо его выглядело просветленным. Разгладились даже некоторые морщины.

— Потрясающе! — выдохнул он. — Такой свежей, вкусной и бодрящей воды я еще никогда.

Я проигнорировал протянутую магистром кружку и отхлебнул из своей. На корабле вода получилась у меня получше.

— Сначала я хотел бы узнать о судьбе юнги.

— Понимаешь, Люрет, — протянул магистр смущенно. Он так неуклюже поставил кружку на стол, что она упала на бок и покатилась.

— Ногодил, — сказал я проникновенно. — Если ты наврал мне, чтобы затащить сюда, то я сейчас встану, выйду и никогда — ты слышишь, Ногодил? — больше никогда не заговорю с тобой.

— Люрет, я не стал бы тебе врать! — ответил Джереби возмущенно.

Я скептически поднял бровь, и магистр уточнил:

— То есть, я хотел сказать, врать еще больше, да.

— Так что же ты знаешь о юнге?

— Эта информация покажется тебе... эээ... странной. Даже Подогайн был очень удивлен.

— Ну так говори, Ногодил. Главное, говори правду. А что с ней делать, я сам разберусь.

— Хорошо, Люрет. Как ты знаешь, мы не рассчитывали найти кого-то живым. Если бы архимаг знал, что на судне находится Трипкат, то, возможно, и поторопился бы, да.

— Переходи к юнге, Ногодил.

— Ну, так вот. Когда «Леди» подошла к «Лучу», выяснилось, что на корабле есть выжившие. Ну, то есть ты, Трипкат и юнга. Архимаг не хотел, чтобы кто-то узнал его маленькую тайну. Насчет «Леди», да. Но и развернуться и уплыть он тоже уже не мог. Вас видели слишком многие. С Трипкатом все было ясно.