Четыре голоса Тьмы

Граф сидел на булыжнике, болтал ногами и бормотал себе под нос. Сочинял очередную балладу.

Ему наше приключение нравилось — столько пищи для вдохновения! Он уже успел пообещать нам поэтические опусы про «гнусного инквизитора», «тайную часовню» и про «добродетельного аристократа», конечно. Надеюсь, мне не придется услышать эти сомнительной красоты и ценности вирши. Даже у Серого стихи иногда получались получше.

Луи бродил вокруг лагеря — он был на страже, где-то там бегал и Гарл.

Гийом чистил оружие и доспехи. Братья искоса поглядывали на меня. Скоро они начнут задавать мне вопросы. Много вопросов.

У меня свой путь, а у них свой. И я существенно спутала им планы. Не без участия пальчика их драгоценного графа, разумеется.

Я наклонилась к отшельнику и негромко спросила:

— Дигрик, ты не слышал про некое место в окрестностях? Называется оно KarraTronogo.

— Не до того мне, чтобы по окрестным горам лазить, — отрезал отшельник.

— Мне молиться надобно. По четыре раза в день. Меня сюда Единый ради того и привел, чтобы часовню устроить и молитвы возносить. Говорить мне здесь не с кем, а за едой я не более, чем на пару часов, в стороны отходил.

И здесь пусто! Значит, придется идти наобум, полагаясь на магическую силу и женскую интуицию. Не впервой.

Вскоре отшельник собрался в часовню.

Часов на шесть, как он сказал. Пока туда да обратно, да и за утро домолиться надо будет два часа.

***

Когда Дигрик скрылся, ко мне подошли братья. Они стащили недовольного графа с его камня и заняли свои места по краям от него. Феодальную иерархию они блюли четко. Даже самостоятельно начать разговор они не рискнули.

Братья стояли и ждали первого слова сюзерена, которое бы они могли «дополнить» и «уточнить» до нужного им смысла.

Граф обиженно молчал, так что мне пришлось брать инициативу в свои руки.

— Прошу прощения, мне надо привести себя в порядок.

С этими словами я вытащила из внутреннего кармана темно-зеленый платок, украшенный золотой вышивкой. Настоящее произведение искусства! Я развернула его и сильно дунула.

Зеленая пыль полетела в сторону графа и его стражей. Они дружно осели на земли.