Четыре голоса Тьмы

Видимо, он входил в ряды многочисленных поклонников Алой.

Потом я крепко сжал жилистую руку магистра Огня и долго смотрел в его зеленые с красноватым отливом глаза.

Стоило догадаться об этом раньше. Парваль вряд ли бы так сразу вычеркнул Його, если бы не рассчитывал на скорое прибытие достойной замены.

На небольшом столике стояли пиалы с чаем и тарелки с пирожными и бутербродами. Маги угощались, я тоже взял пиалу и, отхлебывая мелкими глотками зеленый чай, посмотрел на дверь, ведущую в кабинет Парваля.

Оттуда раздавался громкий птичий щебет. У архимага была важная беседа.

— Что тут за столпотворение? — спросил я Оршона. — В башне не протолкнуться от магов.

— Как, ты не знаешь? — воздушник посмотрел на меня удивленно.

— Я последние три дня провел в лечебнице. А Дгоро старательно оберегает гостей от важных новостей.

Он считает, что излишнее возбуждение мешает выздоровлению.

— Два дня назад умер Щекир Годозайн, — ответил на мой вопрос Сидлег. — Предстоят выборы нового главы Совета магов. Сегодня и здесь.

— На Дороттайне? Разве Совет заседает не в Лакрисе?

— На острове сейчас двенадцать членов Совета из пятнадцати. Этого достаточно. Еще один в Диммире и двое в Лакрисе. Если кто-то из кандидатов наберет сегодня восемь голосов, то мнение остальных можно будет не учитывать.

А время сейчас такое, что без главы Совету нельзя.

Я вспомнил про две свиты, стоящие перед покоями Парваля.

— Значит, трое там, — я кивнул на дверь кабинета. — А где остальные?

— Архимаг Земли Рикод Олби слишком стар для таких игр, — сказал Оршон. — Он решил самоустраниться от политики. И на голосовании воздержится.

— А остальные — это Подогайн и его сторонники?

— Да, — раздраженно произнес Сидлег.

— Некоторые примкнули только недавно, спасение корабля — и тебя заодно — создало ему образ героя, а некоторые инициативы показали, что он не так уперт, как о нем думали раньше. И пара колеблющихся членов Совета встала на сторону Подогайна. Так что боюсь, решение уже принято. Заседание станет формальностью.