Четыре голоса Тьмы

Что только добавляло мне головной боли.

Бурая же, хоть и окончила Академию и числилась адептом Земли второй ступени, но магию не признавала совершенно. Предпочитала копаться в старых захоронениях и выяснять у дряхлых полуслепых шаманов местные варианты древней поэмы о Гугыгурхе-Воителе и Змее-Призыгыгыше, поглотителе солнца и двух лун. В таких важных делах магический посох был лишь помехой, поэтому он сначала валялся дома, а потом Бурая тайно продала его в портовом квартале каким-то канийцам.

Ей надо было купить снаряжение для очередной экспедиции на север, которую отказался оплачивать Университет языков и культур. В кои-веки нашлись там умные люди.

Я же от природы очень сильный маг. Нам, огневикам, это свойственно в большей степени, чем остальным. Воздушники без посохов мало на что способны, слишком «тонкая» им досталась стихия. Нам же любые артефакты нужны только для очень мощных заклинаний.

Даже с голыми руками я могу выйти на бой с адептом любой стихии, кроме Огня, конечно, до пятой ступени. И победить. Сколько бы посохов мой соперник с собой не притащил.

Но сейчас я опасалась безоружного старого некроманта, чьи способности ограничены, якобы, поднятием примитивных зомби. И я искренне надеялась, что мои слова о том, что с высшей некромантией Заратайн знаком только теоретически, окажутся правдой.

***

— Господин Заратайн?

Мой голос прозвучал твердо, и некромант немного сник. Он почувствовал, что на меня сложно воздействовать таким образом.

— Госпожа Крор, зовите меня лучше по имени. К формальностям, если вам так будет угодно, лучше вернуться потом.

— Договорились, Диллан. Зовите меня тогда Лайрой или Алой. На ваш выбор.

— Лучше Лайрой. Боюсь, что я уже вырос из игр в прозвища. Хотя с детишками иногда, случается, и играю, — некромант улыбнулся, на секунду превратившись в добропорядочного и заботливого отца семейства.

Но только на секунду.

Гарл нетерпеливо рыкнул из-под куста. Ему явно надоело лежать на одном месте, а покинуть меня в такой момент и отправиться на прогулку он, конечно, не мог. Заратайн не вызывал у него доверия. Некромант это прекрасно чувствовал.

— Умный у вас пес, Лайра.