Четыре голоса Тьмы

Мертвых не вернешь.

— Так что же с этой тенью, Диллан?

— Она до сих пор служила своему создателю. А это очень древняя тень, Лайра, очень древняя.

Он замолчал, а я попыталась прикинуть, сколько веков вкладывает Заратайн в понятие «очень древняя». И где можно найти некроманта, протянувшего на свете столько лет. Теперь у меня появилась возможность, пусть и эфемерная, отомстить за Сигурна. Вопрос о возрасте тени я задать не успела, так как Заратайн неожиданно продолжил.

— Но самое странное, Лайра, вовсе не в этом. Есть одна вещь, которая совершенно не укладывается у меня в голове. Человек, — некромант печально усмехнулся, — ну пусть будет человек, хотя вряд ли его или ее до сих пор можно так называть... Человек, отбросивший эту тень, жив!

Заратайн походил на человека, узревшего, как солнце останавливается в небесах и начинает движение в обратную сторону.

— И весь ритуал он провел на себе сам.

***

Меня эта история, конечно, не оставила равнодушной, но никакого потрясения основ не произошло. Ибо основ в области некромантии я отродясь не имела. Вернее, я, конечно, знала некоторые заклинания и базовые принципы борьбы с зомби и прочей нежитью, но ритуалы создания нам в Академии никогда не описывали. И правильно делали.

— И что же это значит в нашем случае, Диллан?

— Кроме того, что он сам обрек себя на самые страшные и изуверские мучения, которые только можно вообразить?

— Да, Диллан, да! Кроме этого! — я почувствовала во рту вкус крови.

Своей крови. Я даже не заметила, как прокусила губу. Я уже была готова сорваться и искать этого безумного чародея. Может, я и не столь изощренна в пытках и мучениях, как опытный некромант, но множество неприятных ощущений перед смертью я смогу ему обеспечить.

Я сказала свое «да» так громко, что Гарл сразу подскочил и яростно зарычал, а капелька крови сорвалась с моих губ и попала на лицо Заратайна. Он неторопливо слизал её языком, причмокнул и ответил на собственный вопрос.

— Я не знаю, Алая.