Четыре голоса Тьмы

И все эти усмешки над господином архимагом... К чему они были, господин магистр? — при каждом «господине» Джереби все глубже вжимал голову в плечи.

— Между вами сразу проскочило что-то такое. Не неприязнь, не вражда, но что-то очень близкое к этому, да. Вы сами могли этого не заметить, но я чутко ощущаю отношения между людьми. Шутками над господином архимагом, которого я, разумеется, безмерно уважаю, я хотел расположить тебя к себе. Мы бы стали друзьями, и потом ты, я думаю, с радостью выполнил бы маленькую просьбу своего нового друга.

— Пожалуй, — признавать правоту маленького толстого ничтожества было неприятно. Зато стало понятно, почему остальные маги так сторонились его. Скользкий тип.

— Но ты оказался слишком умен и принципиален, да. Слишком. Чем вызвал у меня еще большую симпатию. Я хотел оттянуть разговор как можно дальше, но ты сам вынудил меня сказать тебе это сейчас.

«Слишком умен и принципиален», значит. Моя сестра сказала бы просто — «зануда».

Магистр Джереби вызывал у меня теперь стойкое отвращение, но я все также крепко держал его за плечи. Хотелось отшвырнуть его подальше, но картинка у меня не складывалась.

— Зачем же архимагу вообще понадобилось нас спасать, Джереби?

— Он... он... — говорливый магистр запинался, как самый тупой студент Академии на последнем экзамене.

— Что он?

— Он и не хотел вас спасать, — выговорил Джереби и затих, всхлипывая.

Я снова тряхнул его.

— Продолжай!

— Он пошел на помощь с таким расчетом, чтобы немного не успеть. Совсем чуть-чуть, да. Этот рискованный маневр помог бы ему повысить популярность среди некоторых членов Совета, которые считают его... чрезмерно осторожным, — Джереби с трудом подобрал подходящие слова.

— Проще говоря, он трус, ваш дорогой архимаг, да?

— Он не ожидал, что корабль остановится рядом с Тьмой. И тем более не думал, что кто-то выживет. Раньше... никто не выживал. Даже если корабль удавалось найти. А потом... он уже ничего не мог с вами поделать. Трипкат Солоби — уважаемый маг и хороший приятель Подогайна. А тебя видели слишком многие. Свита верна архимагу.