Четыре голоса Тьмы

Граф уже сочинил несколько баллад: «Об отважном и благородном неизвестном рыцаре» (разумеется, о себе), «Об ужасной кончине жадного трактирщика и подлых купчишек» (о случае в таверне, поросенок не упоминался) и «О встрече с прекрасной лесной незнакомкой» (разумеется, обо мне).

Остальные пятнадцать до сих пор находились в работе. Время от времени он читал из них отрывки. Луи и Гийом переносили пытку стоически, прямо как Синий вирши Серого.

Мне же оставалось только терпеть и горько жалеть о том, что я не одна. И завидовать Гарлу, который весело бегал по окрестным кустам, время от времени возвращаясь с добычей.

Впрочем, уже через четыре дня после встречи у озера незваные спутники мне пригодились. Наша тропинка влилась в достаточно широкую и хоженую дорогу, за одним из поворотов которой нас встретили.

***

Их было полторы дюжины. Крепкие, заросшие и давно немытые мужики, вооруженные дубинками, мечами и луками. Рассчитывая на свое численное превосходство, они решили встретить нас в открытую. Главарь объявил себя «бароном Гурсом Кромби» и за право прохода по его «фамильным землям» потребовал отдать «золото, оружие и бабу». То есть меня.

Благородное сердце графа не выдержало, и де Лазаль попытался вызвать «барона» на дуэль за «честь дамы».

«Дама» самолично снесла грубияну голову огненной стрелой. Разбойники бросились в атаку, и началась заварушка.

Граф показал себя неожиданно хорошим фехтовальщиком. Он стремительно выхватил меч и, прежде чем запнулся за корень и упал, успел убить одного разбойника и серьезно ранил второго. Братья записали на свой общий счет пятерых.

Остальные достались нам с Гарлом.

Потом благородного графа долго рвало — он первый раз в жизни убил человека в жизни, а не в поэме — а я вытряхивала из волос пепел. Огненный шар оказался слишком мощным и буквально испарил одного из разбойников.

Стражи сначала держали сюзерена, а потом, когда он закончил, обыскали трупы.