Панголин

Эхо повторило: «Ай-йя!»

 Панголин отпрянул, прижался к стене.

 Кулл попытался восстановить прежний задор, присвистнул, но вышло вяло. Настроение было испорчено, и он молча пошел дальше. Вернувшись, резко дернул стул и уселся. Пнул ногой какой-то мусор на полу, выхватил кинжал и принялся ковырять деревянную крышку стола. А через минуту он уже вновь радостно насвистывал и тасовал карты. Буй все это время молча следил за напарником и в конце представления довольно улыбнулся. Он любил наблюдать, как меняется настроение Кулла.

Прошло не больше получаса, и свист стал тускнеть, пока не превратился в стон. Вскоре он вовсе затих.

Затаив дыхание, Грэм слушал и рвал рубаху на широкие крепкие полоски. Затем он скрутил их в прочную достаточно длинную веревку. На конце сделал петлю и привязал оставшиеся цепкие ножки таракана так, что получилось подобие «кошки с петлей».

- Что-то меня подташнивает, - простонал Кулл, обхватив голову руками. – По-моему, рыба была тухлой или ядовитой. Эта поганая старуха точно ловит ее со стены в помойном озере.

- Зачем покупаешь тогда?

- Так ведь вкусные же твари! Ууух, - покачал головой Кулл.

 - Тогда все, - сказал Буй и спрятал карты в коробочку.

- Дааа. Я не могу больше. – Кулл положил голову на стол. – Я полежу немного?

- Иди, конечно. С тобой все в порядке? Может позвать кого?

- Неее. Не надо. Думаю, скоро пройдет. Ооох.

Кулл достал из шкафа волчью шкуру, бросил в угол возле камина и улегся.

Панголин набрасывал веревку на пучок соломы в углу. Услышав разговор охранников, он достал заостренное крыло, провел пальцем по кромке и засунул за пояс. Все готово. Теперь начинается вторая часть плана.

Через некоторое время послышались шаги Буя. Он шел как старая утка, переваливаясь с ноги на ногу. У каждой камеры стражник останавливался, поворачивался и несколько секунд вглядывался в полумрак. Вот он поравнялся с камерой панголина.

Резким беззвучным рывком Грэм поднялся. Просунул руки с веревкой за решетку и бросил «тараканью кошку». Он промахнулся. Петля упала на гладкое металлическое плечо охранника, и скользнула вниз – душа Грэма сорвалась вместе с ней. Но цепкие коготки на тараканьих ножах ухватились за мелкие трещины и щели доспехов. Один крюк угодил за воротник, второй беспомощно повис. Буй, кажется, даже не заметил этого.