Панголин

Слизь вспыхнула малахитовым светом, и мгновенно приковала к себе взгляд. Она стала расти, кипеть и расползаться по комнате, пока не заполнила все вокруг. Перед глазами запрыгали зеленые огоньки, закружились, забегали – контроль над сновидением был потерян, и Грэм провалился в обычный сон.

Едва проснувшись, он вскочил с кровати и побежал к решетке. В коридоре он столкнулся с «красотками», разодетыми как павлины.

- Гиро! Когда ты к нам зайдешь? – промурлыкала Ягодка.

- У меня еще никогда не было панголина, - пропела Милана.

– Мне не терпится взглянуть, что у тебя там.

Грэм юркнул в боковой коридор, забежал за угол и прижался к стене. Шлюхи залились смехом:

- Не бойся нас, мы не укусим.

Только когда цоканье каблуков затихло, он вышел из своего убежища.

В «комнате венчания» ничего не изменилось: все так же воняло, повсюду лежала слизь, а из туннеля доносилось неясное чваканье. Грэм подошел к решетке и заглянул в туннель. Но разглядеть что-либо на расстоянии нескольких метров было невозможно. Вдова может притаиться во тьме и ждать.

Она, возможно, прямо сейчас смотрит на Грэма, тянет свои щупальца. Волосы на затылке зашевелились. Шею обдал легкий холодок. Воздух уходит в туннель – Вдова уже знает, что он здесь: нос у нее работает хорошо.

Панголин отошел от решетки и сел на пол. Сон привел его сюда, но зачем? Что тут такого важного? Рядом лежал огромный комок подсохшей зеленоватой слизи. Рука сама нырнула в холодную гигантскую соплю. Грэм сжал кулак – сквозь пальцы выдавились густые червяки.

Ощущение было странное: одновременно мерзкое и в то же время приятное – словно он нашел то, что искал. В душе зародилось блаженство и эйфория от предчувствия чего-то нового, неизведанного. Не выходя из транса, он продолжал купать руку, чувствуя легонькое покалывание тысяч острых льдинок. Кожа на тыльной стороне ладони одновременно сжималась и растягивалась. Казалось, что кисть растворяется.

Осознав свое занятие, панголин резко выдернул руку и быстро стер ошметки: все в порядке, никаких ожогов нет.

Неясное, но знакомое телесное ощущение пыталось пробиться в сознание, но натыкалось на барьер памяти. Это как… как!..

Грэм вскочил.

- О, Господи! Не может быть! – вскрикнул он и побежал к Поланию. Он еще не знал, как это открытие поможет выбраться отсюда, но было стойкое чувство, что слизь – это ключ к выходу.

Лекарь был у себя. Он заматывал бинтом лапу волколаку. Панголин сразу рассказал о своем открытии:

- …Это было… ну, как прикосновение слезы.