Панголин

Именно так мы и спаслись. И еще. Я думаю, что эти катакомбы намного больше наших, и они точно выходят за пределы храма, возможно даже за пределы города.

Грэм нахмурился.

- А если Вдову отпугнуть огнем?

- Нет. Факелов она не боится. Мы пробовали ее травить, стреляли ядовитыми стрелами, рубили щупальца, а ей как за ушком почесать – все одинаково. – Поланий свернул карту и убрал в стол. – Расскажи лучше, каких ты мутантов видел в грибницах, а то у нас тут все муталюды спускаются из церковной лаборатории. Там, сам понимаешь, делают только волколаков, минотавров и урсусов, чтобы мозгов поменьше было.

Им при пробуждении впаривают свою веру, ты извини, конечно, но это так. Многие после такой мутации возвращаются в строй почитателей Мироноса, а наши муталюды – безнадежны. Они не верят, и все тут. 

Грэм скривился. Он совсем не хотел обсуждать веру.

- Еще церковники пытаются создать ангела – муталюда с крыльями, способного летать, – продолжил Поланий. – Беда в том, что крылья вырастить – не проблема, а вот заставить взлететь…

Панголин прикоснулся к шее.

Он хорошо помнил шум крыльев.

- Пока получились только ночные крыланы, а они не тянут на роль ангелов. – Лекарь подошел к рабочему столу и стал вытряхивать ванночки со слизью. – Мироноса же интересует получение мута бессмертия или возможности перенесения своего сознания в другое тело. Видимо, он не сильно спешит в лучший из миров. Но он правильно рассуждает: слеза способна на многое.

- Откуда ты это знаешь?

- Я был там – человеком.

– Поланий провел рукой в воздухе. – Огромная лаборатория. А сколько разновидностей грибов и мута… - мечтательно проговорил он и закатил глаза. – А теперь извини, мне нужно тут прибраться.

Грэм вернулся в свою комнату и растянулся на кровати. За столом играли в карты, и никто не заметил появление панголина. Игроки замерли, глядя на бородатого мужика. Он широко улыбался и не спешил открывать карты. Напряжение росло.

Кто-то ударил по столу и взревел:

- Нууу!..

«Что если слизь поджечь?.

. – думал Грэм. – Нет, она не будет гореть. Может, она будет реагировать с чем-то? С чем?..»

Раздался рев, смех и стоны отчаяния: за столом разрешился очередной конфликт к великой радости одних и горькой печали других.

До трех звонков было еще далеко, и панголин натянул одеяло из мешковины на голову. Он легко вошел в сон.

 Коридор. Дверь. Решетка. Фигура человека у входа к Вдове. Яркая вспышка слизи! Отец Иаков! Сияние погасло.