Панголин

В памяти всплыла встреча с волколаком, но разглядеть его как следует не получилось, и перед глазами стояла только неясная темная фигура.

Скрежетнуло сердце замка – дверь резко открылась, впустив больше света. Привычные звуки мутантов разом стихли. Грэм тут же прилип к решетке. В комнату вошел коренастый волколак. В одной руке он нес тяжелое ведро, в другой вертел нож – лезвие, словно сверкающая змейка, извивалась в когтистой лапе. Тот самый волколак. Он остановился возле первой клетки, достал комок чего-то серого и просунул сквозь железные прутья.

Затем бросил кусок сырого мяса. Оживление нарастало. Послышалось нервное топтание десятков лап, рычание, чавканье. Подойдя к панголину, муталюд сунул лапу в ведро и замер, рассматривая пленника.

Это был гибрид волка и человека. Но его моторика была лучше, чем у любого муталюда. У некоторых людей руки работают хуже, чем у него. Было в нем что-то неуловимо-знакомое. Взгляд? Глаза, казалось, смеялись, но звериный оскал не походил на улыбку.

Волколак вытянул морду и принюхался.

Приоткрыл пасть, и почти не двигая нижней челюстью, медленно выговаривая каждый слог, произнес: 

- Пан-го-лин.

Глаза сузились, а кончик серого хвоста тихонько заиграл.

- Ты меня знаешь? – удивился Грэм.

- Да. Я тебя знаю – Муталюд покачал головой. - Ты… тыыы… Гр… Гр…

- Грэм!

- Да… Грэээм! – почти завыл волколак и сильнее завилял хвостом.

- А ты… - панголин задумался, но тут же осознал, что не знает его. Быть может, знал раньше до мутации.

Глаза муталюда расширились, хвост замер в ожидании.

Но панголин отвел взгляд в сторону. Волколак вздохнул, просунул сквозь решетку кусок жареного мяса на лезвии ножа, поставил на пол кувшин с водой и пошел к выходу.

Кто это был? Быть может, друг? Поможет бежать? Или враг? В памяти всплывали лица друзей детства, монахов, охотников за слезой и просто случайных знакомых. Панголин откусил кусок мяса и принялся медленно жевать. В голову пыталось пробиться какое-то знание, но невидимая пленка, готовая вот-вот порваться и впустить забытый туманный образ, каждый раз только растягивалась и отбрасывала из глубин воспоминаний обратно в реальность.

Дверь скрипнула – Грэм тут же вскочил и прильнул к решетке. Через порог перепрыгнул знакомый муталюд и остановился в дверях. За ним появилась старуха-хозяйка. Она подошла к первой клетке, на мгновение задержалась и молча направилась к следующей. Вергина еле заметно кивала, но лицо не выражало ничего, кроме разочарования и глубокой усталости.