Путь отречения. том 2 (II часть) Последняя воля

— Дети Лирдана готовы выслушать слова Совета.

Остановившись метрах в пяти, Рэйн достал из-за пазухи свиток и, демонстративно взломав печать, развернул его.

— Я, Тарэм Каэл, Глава Совета и Верховный жрец Земар-ар, приветствую детей Лирдана. Ввиду сложившихся обстоятельств предлагаю забыть все имеющиеся между нами недоразумения. Учитывая интересы Королевства, мы, главы Десяти родов, готовы признать за Ведущей право на единоличную власть и согласиться на все ваши условия в пределах разумного. В свою очередь вы сохраните существующие традиции Ордена и позволите Совету и далее управлять Десятью родами.

Призываю вас к благоразумию, ибо нам стало известно, что Его Величество намерен развязать войну и не остановится, как бы вы ни пыталась ему помешать».

Тяжело задышав, Лирамель вцепилась пальцами в руку брата и, обернувшись на застывших возле Якира кошек, прошипела:

— Эн сатим лет корвет! Шетим эн там. Анкор вэ![1]

— Эденфар! — с неожиданной силой крикнул Карл, оттолкнув ее в сторону.

— Эн сатим лет корвет, эденфар! Тумэ, тэнба, тенба![2]

Упав, Лирамель тут же вскочила на ноги. Она была настолько удивлена, что не могла произнести ни слова, лишь неподвижно смотрела на брата и чувствовала, как болит от ушиба больная рука.

— Уходите и сообщите Совету, что дети Лирдана принимают предложение и озвучат свои условия тогда, когда Совет выполнит свои. Войну необходимо остановить, и мы это понимаем. Передайте также Тарэму, что против аллотаров его замысел потерпит поражение.

Пусть оставит надежду.

— Благодарю вас, Ваше Высочество, — поклонился Рэйн и, переглянувшись со своим товарищем, который стоял чуть поодаль бледный и с обнаженным мечом, повернулся и пошел прочь.

Минут пять Карл молчал. Напряженно вглядываясь в спины посланников Совета, он стоял, будто статуя — прямой и гордый, — и казалось, совсем забыл, что рядом — Лирамель и Якир. И только когда нежданные гости скрылись из виду, брат тяжело вздохнул и ссутулился.

— Поговорим позже, Ветерок, — не оборачиваясь, произнес он.

— Приношу свои извинения… Прости меня.

— Ты ведь несерьезно? — тронув его за плечо, спросила Лирамель. — Насчет Совета?

— Я всегда говорю серьезно. — В его голосе прозвучало сожаление. — Нам следует оставлять пространство для маневра. Ты поймешь со временем… Научишься не принимать поспешных решений. — Повернувшись, он с улыбкой взглянул на нее и покачал головой: — Обсудим это потом, мне нужно подумать.