Авгур. Наследие

Прикрыл глаза и потянулся к собственной силе, ощущая, как она охотно отзывается, устремляясь от сердца к рукам. Камень начал мерцать — сначала едва заметно, но вскоре лиловое сияние усилилось, вспыхнуло и окрасилось в яркий синий цвет, преобразовавшись в привычную магию источника. Синим на миг засветились и глаза собаки. 

— Ну вот, — отстраняясь, сказал Диас, — теперь надолго хватит. 

Собака благодарно лизнула его в щёку, после чего растянулась на покрывале вдоль изножья кровати. Сон ей не требовался, но она привыкла всегда находиться рядом со своим магом, охраняя его покой.

Однако спать не собирался и сам Диас — потянулся к своей потрёпанной дорожной сумке, развязал верёвки и выудил из неё маленький прозрачный шарик с клубящейся внутри тьмой.

Сэй подняла на него голову и глухо зарычала. В глазах её читалось осуждение. 

— Мне это сейчас нужно, — ответил на её недовольство Диас, сжимая шарик в руке, и раздражённо добавил: — Прекрати уже на меня так смотреть!

Скинув сапоги, он с ногами забрался на кровать, откинулся на высокую резную спинку и, прикрыв веки, потянулся к заключенной в магическую оболочку, тьме.

От запястья до предплечья зазмеились тонкие чёрные нити причудливого узора, вены словно обожгло огнём — но боль эта проходила по самой грани с наслаждением. Сердце забилось чаще, голова и всё тело будто стали удивительно лёгкими, потеряв весь свой вес, во рту появился сладковато-пряный привкус. Вздрогнув, Диас медленно выдохнул, прислонившись пульсирующим затылком к изголовью. 

Сэй, ещё раз негромко рыкнув, соскочила с кровати и, понуро опустив хвост, потрусила в другой конец спальни, к окну. Видеть своего мага в таком состоянии ей не хотелось. 

Некоторое время Диас лежал, прислушиваясь к собственным ощущениям. Мысли текли вяло, размеренно. Куда-то прочь отступили прежние тревоги — остались только тишина ночи и обострившееся до предела восприятие.

 

Диас открыл глаза. Теперь он мог чувствовать каждое живое существо в замке, определить, сколько здесь магов, сколько носителей света и обычных людей. 

Взгляд Диаса остановился у пустого очага, рядом с которым завихрился густой чёрный дым, постепенно принимающий очертания человеческого силуэта. Вот, он обрёл плотность, из него появилось размытое белое лицо, тёмные волосы, собранные на затылке в неопрятный хвост, блеснул на пальце синий аманрат кольца-эрда.