Дорогой скорби: крушение Ордена

 

Ульфрик поведал Азариэлю, что их отправили в ночной патруль по границам донстарского холда, блюсти порядок и выискивать бандитские лагеря, что могли близко расположиться к городу, ожидая момента, когда можно будет поживиться и в патруле они наткнулись на древнюю нордскую крипту. Она не была столь огромна как Саартал или Лабиринтиан. Это было низкое куполообразное возвышение над землей с дверцей у входа. Так как один из сослуживцев смог вскрыть дверь в крипту они проникли в старую и древнюю гробницу. В крипте ничего не оказалось, похоже, это была обычная гробница, приспособленная для не богатых особ или же маленький семейный курган.

Солдаты там нашли всего несколько вещей, вещей домашнего быта. Но в одном из сундуков, будущий корчмарь сумел найти этот клинок. Когда он достал его из сундука меч был запылённым, старым и покрытым ржавчиной, но этот камень всё так, же эфемерно и мистически светился, по словам Ульфрика.

- А сослуживцы? – вопросил Азариэль посреди рассказа.

- А они что? Нашли значит-то всякой меди в виде колец да браслетов.

А у меня был тот самый меч. Не пофартило им тогда с имуществом – разве что пара серебряных монет чего-то стоили.

- И что было дальше? – заинтересовался Азариэль, положив подбородок на ладонь и упарившись локтём в барную стойку.

- А что дальше?! – Ульфрик развёл ладони в стороны. – Полный капец дальше, вот что! Представь себе, когда ночью в старых руинах, где пахнет как в отходнике, слышится кряхтение и топот. А затем ещё и появляется житель гробницы, у-у-х, страшный как сморщенный зад, а глаза пылают синим пламенем.

- Другр!?

- Да, и вот этот другор кинулся на нас, размахивая топором. Мы его кромсали в капусту, а ему пофигу! Он на нас пёр как пьяный тролль, и думали, что всё, конец нам. Хонрику даже руку эта сволочась рассекла.

- И как же вы его победили.

- Кочан отрубили. И тварь рухнула. У-ух, не хотел бы я больше встретиться-то с этой сволочью.

Рассказ заворожил Азариэля и даже вдохнул в него часть солдатского романтизма, не осквернённого военной хозяйственной рутиной.

Он никогда не встречался ни с кем в настоящем бою и тем более с жуткими созданиями Тамриэля. Верх его боевого опыта составляли постановочные сражения на деревянных мечах, устраиваемые стражей.

– Держи, этот клинок теперь твой, – протянув меч, вымолвил корчмарь.

 Юноша не стал отказываться от такого подарка, лишь поблагодарил своего знакомого.

- Я рад принять подарок, честно. Такое оружие… я не забуду этого.