Левиафан. Игры богов

– Я буду искренне рад, если у него получится вернуть тебе память. Но я уверен, что не выйдет.

– Потому что не вышло у тебя? – прямо спросил Белен.

– Да, – честно ответил друид. – Потому что не вышло у меня.

На ночь Беда остался в брохе, а Белену с Сироной выделили по комнате на постоялом дворе рядом с портом, недалеко от хмельного зала. Они шли молча. Охотница думала о своем, а Белен не мог не предвкушать завтрашнее утро, представляя, как древний бог возвращает ему память. Но его грезы были немилосердно прерваны громкими криками, что доносились со стороны порта.

Они с Сироной переглянулись и бросились к берегу. К тому моменту, как их кожаная обувь коснулась бревен причала, там уже было немало народу, включая Ансгара и Огмиоса, что не удивительно – с огромными кружками кормы в руках.

– Там, там, глядите! – донеслось из толпы.

– Зовите воинов! – крикнул кто-то. – Сообщите королю!

Белен протиснулся ближе к кромке воды и посмотрел вдаль, куда были направлены взоры остальных.

Он сразу же увидел то, что вызвало всеобщий ажиотаж, и его сердце на несколько долгих мгновений замерло в груди.

– Фоморы, – губы парня непроизвольно обронили это слово. И тут же люди вокруг начали повторять его с разными интонациями, в основном – с неподдельным ужасом. Парень отметил, что это правильная эмоция, им действительно стоит бояться. Им всеми.

В стремительно надвигающихся сумерках к берегу двигались корабли. Точно такие же корабли, как тот, что напал на «Дуфльес».

Пять, десять, в темноте Белен не мог рассмотреть, сколько огромных боевых судов с жуткими резными фигурами на килях движется в их сторону. Они шли без всякого строя, но была в этом какая-то хаотичная закономерность и очень скоро Белен понял, какая именно. Меж кораблей под водой что-то двигалось, порой он замечал всплывающие черные спины, поблескивающие осклизлой чешуей, а порой это были огромные плавники или хвосты исполинских размеров. Фоморы привели с собой морских чудовищ, возможно стурвормов или кого похуже.

Арброт среагировал быстро, Белен отдал должное дисциплине воинов Гволкхмэя. Тут же подняли всеобщую тревогу, ибо было ясно – корабли с черными матерчатыми парусами идут не на мирные переговоры. Но когда лучники из дружины короля Арброта дали первый залп огненными стрелами по вражеским кораблям, тут же в ответ полетели чужие стрелы, и было их гораздо больше.