Глава клана

— А у нас — апрель, — хмыкнул я. — Наставница говорит, что сразу набьём необходимое количество и вернёмся к тренировкам.

— Наша намерена сделать то же самое, — кивнул Громов, а дальше мы попали в лапы к чаровникам, сразу приметившим как ожоги Никиты, так и наши окровавленные бинты.

Точнее, не настоящему персоналу, а будущим выпускникам этого года Сеченовки, входящим в руки, учащиеся в нашей Академии. Во втором полугодии, когда раскочегариваются первокурсники, их всегда присылают на практику. В противном случае госпиталь просто не справлялся бы с сезонным наплывом пациентов, в то время как у настоящих лекарей имелись более серьёзные дела, нежели лечить порезы и ожоги.

— Письмо пришло? — показательно незаинтересованно спросил Громов, когда мы, освободившись, вышли на крыльцо кампусного медицинского учреждения.

— Хельга рассказала? — не очень вежливо ответил я вопросом на вопрос.

— Да, — кивнул парень. — Испереживалась вся за тебя. Дура…

— Да ладно тебе, — нахмурился я.

— И ты дурак, — отмахнулся Никита.

— Влюблённый и везучий.

— Я тебе щас в морду дам, — честно предупредил я его. 

— Так ведь в том-то и дело, что дашь. Убедился уже, — усмехнулся парень. — Потому и завидую. Сколько там, три недели прошло, как твоя наставница объявилась? А ты уже меня превзошёл… Эх. Я до этого два месяца каноё… в общем, неважно!

— А почему твой клан своего наставника как репетитора к тебе не приставил? — поинтересовался я. — Разрешено ведь!

— Олег Юрьевич меня и Хельгу Александровну тренировать будет, — ответил Громов, потерев шею.

— Из того, что она мне рассказывала о твоей тётке, ясно, что они одного поля ягодки. Только её он любит как дочь, а меня…

Да… Хельга недавно нарвалась на Марфу тоже Александровну. По моей вине причём. Слишком долго, почти две недели, мы не виделись наедине, а мне, словно наркоману, один раз попробовавшему алхимическую дурь, хотелось снова её поцеловать. Ну я и сбежал с одной из пар. С лекции по «Холмгарёрскому праву», зная, что у девушки окно в школьных занятиях.

В результате мы были застигнуты врасплох на месте преступления и подвергнуты наказанию. Совместной тренировке. Не спаррингу, а тому издевательству над организмом, которое тётка Марфа зовёт физическим развитием.

С тех пор Хельга её очень уважает… её как учителя вообще уважают все, кто хоть раз бывал на тренировке, а особенно наша шестьдесят первая. А с другой стороны, боится. Особенно после чисто «женского» разговора, который провела с ней Бажова.